У истоков познания

(рассказы)

1.Зеркало

Пахло известью. В доме все перевернуто: сдвинуто в центр, накрыто газетами. Мама добеливала кухню, отгороженную от комнаты фанеркой, изогнутой от тяжести потолка. Наш старенький домик, с провалившимися у порога досками пола, казался сейчас, после побелки каким – то необычным. На стенах ничего не было: ни маминых, расшитых аппликациями ковриков, ни большой картины, написанной дядей Володей , ни зеркала…
Я стою в этом белом, с голубоватым оттенком царстве, совершенно зачарованная… Вещи, поменявшие свои места, запах – все это впитывается в меня, в мою память своей необычностью. Сама я ростом чуть выше огромного двухтумбового стола, рассматриваю вблизи мазки краски на картине, положенной на время побелки на стол…Да, я приподняла и сдвинула газету, укрывающую пейзаж, и поражаюсь этим бугоркам и неровностям, которых не замечала или не различала раньше…
-Вблизи все иное, –делаю я открытие, и продвигаюсь к кровати. Там, под газетами, я вижу потолок в кусочке зеркала. Потолок где – то глубоко внизу…Я освобождаю зеркало полностью и беру его в руки. Пол исчез! Казалось, что я сейчас шагну в огромную белую яму. Держа зеркало перед собой, с замирающим сердцем продвигаю вперед ножку, делая этот шаг. Но…все остается по – прежнему: я стою на полу. Тогда, положив зеркало на пол, я шагаю в него. Случается неожиданное: во множестве кусочков отражается белый потолок,– зеркало треснуло!
Стоя в углу, слышу, как взрослые обсуждают мою вредность и упрямство. Я не могу плакать и не могу объяснить, почему я «наступила на зеркало».
– Я не наступила, а шагнула в него! – мысленно кричу я, но вслух не могу сказать
ни слова.
Позже я прочла, что в детстве Боря Бугаев (Андрей Белый) прыгнул в зеркало. Я понимаю, почему он это сделал. Взрослые его не поняли. Взрослой и я пыталась вызвать те же детские ощущения, держа зеркало перед собой.
Их – не было!

26.08.06

2.Прощение

Я провинилась. Помню, что не чувствовала своей вины. Меня о чем- то спросили большие мальчики, друзья брата. Я ответила. Ответила правду. Они засмеялись, что- то переиначили…
Теперь я стою перед братом, рядом отец, говорящий мне уже в который раз:
– Проси прощения у брата!
Я готова попросить прощения, но я не знаю, как это сделать! Я мысленно рассуждаю:
-Просить, значит сказать «Дай…». «Дай прощение?…» –От неуверенности или незнания вновь молчу.
Мама рядом с отчаянием восклицает:
– Ну какая же упрямая!
Все во мне протестует, но сказать, что я не знаю, как просить прощения, не могу.
Так и врезалась в мою память картина:
Передо мной старший брат, видно уже жалеющий меня; строгий и нахмуренный отец, которого я больше чувствую, чем вижу, так как нет сил поднять глаза, в которых уже полно слез. Недалеко мама, пораженная моим упрямством.
И время длится бесконечно…
Я мысленно решаю эту неразрешимую для четырехлетнего ребенка задачу, наконец, сквозь слезы из меня вырывается:
– Прости прощения.
Отец переспрашивает:
-Что? – Ему непонятен смысл моей фразы. Мне он самой непонятен. Я просто пытаюсь повторить его же слова.
Мама, глядя на отца, тихо проговаривает:
-По-моему, она попросила прощения.
Сцена заканчивается. Меня, плачущую, уводят спать. В сон я окунаюсь сразу как в спасительный мир. Последнее, что успевает отметить мой мозг:
-Сказать «Прости прощения» – это и значит попросить прощения.

01.09.06

3. Наверное

Опять решаю задачу: ищу смысл слова «наверное». Чувствуя неопределенность этого слова, надеюсь связать его с конкретным значением. Наметила план решения задачи, и вот жадно жду, когда кто – нибудь из взрослых обронит это слово, чтобы убедиться окончательно, каков его смысл: «да» или «нет»?
И вот оно! На мой вопрос:
– Мама, где ножницы? –Слышу ответ:
– В стаканчике для карандашей, наверное.
Радость, предчувствие разгадки неопределенности переполняет меня. Взбираюсь на стул, вижу на письменном столе в зеленом стаканчике ножницы. Зажав их в руке, спускаюсь на пол с мыслью:
-«Наверное» – это значит «да», «верно», «точно»! – Непередаваемое ощущение охватывает меня, нашедшую, как казалось, точный смысл слова. Довольно долго я нахожусь в заблуждении, считая, что сделала единственно верный вывод.
Но вот мы играем на бревнах, сложенных у дома. Обмениваемся лоскутиками, игрушками и другими детскими сокровищами. Среди нас есть и девочки постарше. Одну из них я громко уличаю в неправоте: она сказала «наверное» по – поводу местонахождения какой – то игрушки, но ее, увы, там не оказалось! Я тверда в убеждении: «наверное» – это значит «да». Девочка, которую я уличаю – плачет. Старшие девочки мне открывают истину: «наверное» – это может быть или «да» или «нет». Начинаю понимать, что заблуждалась.
Гораздо позднее я задумалась: «Почему я не могла спросить об этом у взрослых? Спросить – это же просто!»
Наверное, маленькому человеку, познающему мир, все открыть хочется, прежде всего, самому…

10.09.06

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.