ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ СТРАНЫ
В своем поношенном костюме, в стоптанных яловых сапогах Пастухов был похож на охотника, рыболова, геолога, на кого угодно, но только нe на начальника крупной энергосистемы. Прожаренный солнцем соломенный бриль и двустволка, которую Пастухов прихватил с собой на всякий случай, — «может, косой подвернется», — довершали сходство.
Но разговоры Пастухов вел совсем не охотничьи, и было ясно, что приехал он на Маракуг совсем не случайно, и что, по крайней мере в ближайшие дни, зайцы могут быть спокойны за свою судьбу.
Не случайно, по-видимому, вместе с Пастуховым приехал и Зозуля. Зозуля по своему обычаю всегда вступал в разговор первым.
— Нет, не хочет он, — кивок в сторону Мартьянова, — принципиально приезжать в наш колхоз. Ни огурчики, ни сметанка, ни кефаль, ничто его не интересует.
— Приедем, обязательно приедем, — заверил его Игорь, — вот Жора подготовит соответствующую программу — и приедем.
— С Лукьяненко вы здорово придумали, —-
вмешался Пастухов, — если у парня действительно талант, то с нашей стороны было бы неразумно закапывать его в землю.
— А мне помнится, что кто-то говорил:
«землю надо заставить их копать», — съехидничал Мартьянов.
— Ох и ехидные же вы все здесь, Игорь
Николаевич! Не языки, а бритвы обоюдоострые.
Кто «все»? — полюбопытствовал Игорь. — Ты, — пояснил Пастухов, — Синельников… Встречает он меня сегодня и говорит: «В самый раз приехали, Илья Матвеевич». — «А что, говорю, заминка у вас в чем-нибудь?»— «Да нет, говорит, план, слава богу, выполняем, а вот зайцы о вас беспокоятся, где, говорят, товарищ Пастухов? Почему он не едет? Мы уже вполне в теле, и отстрел на нас разрешен».
— Это он намекает на то, что вы обещали
давно приехать и не захотели, — расхохотался
Игорь.
— Не мог, — уточнил Пастухов.
— Насчет подковырки они мастера, — улыбнулся Зозуля, — вот и у меня такой же…
— Это кто же? — покосился на него Мартьянов,
— Да Жорка! Кто же еще?
— Ах, Лукьяненко!
— Ничего, талантливый парнишка, — вздохнул Зозуля, — разворачивается. Вы еще свою
повариху подкиньте ему в помощь, и будет полный порядок.
— Светлану? — удивился Игорь,—Да зачем она вам нужна? Уверяю вас, в самодеятельности она ничего не смыслит. И вообще, особа с норовом. Она вам покажет самодеятельность! На что у нас ребята молодцы, и то ничего поделать не
могут.
— Как ничего?! — вскинул на него глаза Пастухов.
— Ну, не совсем ничего,—смутился Игорь,— обеды она готовит как будто неплохо, правда, с помощью Волкова, но все же… Хандрит что-то
часто… Светлану Пастухов, — одна целый день вертится у котлов… Тоска!
— А так она девушка не плохая, — неожиданно сказал Игорь, — и правильно сделали, что вовремя вырвали ее из омута. Пусть сама
увидит и убедится, что это еще не весь свет, что виден из ее окна.
— Вот видишь, — засмеялся Пастухов, — об этом я тебе тогда и говорил. Помнишь?
— Помнить-то я помню. А не повторится ли с ней все сначала, когда она вновь попадет в город? — высказал сомнение Игорь.
— Не знаю, — задумался Пастухов, — все зависит от обстоятельств. Но не такая уж она испорченная девушка. Это мы сразу поняли и
поэтому направили ее в вашу бригаду, а не в специальные поселения для злостных тунеядцев. Одно это говорит за то, что мы…
— Кто мы? — встрепенулся Игорь.
— Депутаты горисполкома, партийная организация сетевого района, ваш секретарь комсомольской организации…
— Синельников?!
— Да, Олег. Между прочим, это ему принадлежит инициатива направить имеено их и именно в вашу бригаду.
— Не может быть! — воскликнул Мартьянов.
Но на этот возглас Пастухов ничего не ответил, только улыбнулся краешком губ, и Игорь понял, что это очень даже может быть.
— Ну и дела! — крутанул головой Игорь.
— Так отдаете девушку в наш колхоз? — вмешался Зозуля, — видимо, ему не терпелось выяснить этот вопрос.
— Тут любой захандрит, — вступился за— Так я ж сказал уже, — начал Игорь, — что она в самодеятельности не смыслит.
Но Зозуля не дослушал Мартьянова.
— По правде говоря, для меня это совсем не важно. При такой красоте ей самое подходящее место в нашей самодеятельности.
— Это почему же? — удивился Пастухов.
— Поясню, — покрутил усы Зозуля. — Наши хлопцы хоть и сельские, но в красоте разбираются не хуже городских. Сейчас у нас как
обстоит дело: а кружки чуть ли не силой тащить приходится, а появись у нас такая красотка, хлопцы сами скопом повалили бы на сцену. Вот что значит для нас ваша Светлана Ивановна.
— Ну и председатель! — тряхнул головой
Мартьянов. — Из всего умеет выгоду извлечь!
~ Да, он такой, — подтвердил Пастухов, — из-за его выгоды и я сюда приехал.
— Вы? — насторожился Мартьянов.
— Будем на ходу пересматривать проект, — ответил Пастухов, переходя на деловой тон, — межколхозную электростанцию в Клиновке решили не строить.
Услышав такие слова, Игорь прямо-таки оторопел. Ведь, собственно говоря, от межколхозной электростанции и нужно было подать напряжение в колхоз «Гигант».
— Как же так! Столько средств затрачено. Интервью во все газеты давали! — воскликнул Игорь.
— Насчет интервью ты правильно заметил. Интервью мы давать научились, — усмехнулся Пастухов. — А вот насчет межколхозной электростанции ни разу не задумались. А Зозуля задумался и говорит, что деньги, вложенные й ее строительство, и за сто лет не вернешь.
— Узнаю «методу» председателя колхоза, — съехидничал Мартьянов, — он на все способен.
Может, он и выполненные работы откажется оплачивать? А?
— И откажусь, — рассмеялся Зозуля, — чего я вдруг за клиновского председателя расплачиваться буду? Тоже мне, нашли богатого
дядьку!
— Ну, это вообще черт знает что! — развел руками Игорь.
— А ты не кипятись раньше времени, — улыбнулся Зозуля. — Ишь, конь-огонь. За выполненные работы выставим счет Кондратенко, председателю колхоза «Путем Ильича». А от Клиновки до «Гиганта» линию тянуть нет необходимости. Таковы дела на сегодняшний день. Уразумел?
— Ах, так, — успокоился Игорь,—ну и пусть еще лет пяток посидят без электричества, зато на колхозную сберкнижку еще с десяток тысяч можно положить. Вот это я уразумел!
— Ничего-то ты не уразумел, — Зозуля с
удовлетворением крутанул ус, — от электричества нас сейчас палкой не отгонишь.
— Игорь Николаевич, что ты скажешь насчет использования высоковольтной линии в сто десять тысяч вольт? — неожиданно спросил Пастухов. — Если мне не изменяет память, эта самая линия проходит в трех километрах от «Гиганта»?
В трех, — подтвердил Мартьянов, —
только, на мой взгляд, использовать ее сейчас
нет смысла. Дороже обойдется. Подключим мы, Зозуля говорил о приобретении подстанции так, словно хвастался необыкновенно жирным гусем, случайно купленным на рынке.
— Как же вам удалось достать такую уникальную вещь?—искренне удивился Мартьянов.
— Очень просто. Убедил свердловчан, что их опыты будут неполными, если не проверить их в крымских степных условиях.
— И что же?
— Продали. Почти задаром — по себестоимости. Обещал только их ежемесячно информировать о работе механизмов. Что ж, буду писать, — притворно вздохнул Зозуля, — за науку и пострадать можно.
— Неплохо получилось вроде, — сдержанно похвалил Игорь.
—- Совсем хорошо! — тотчас откликнулся польщенный похвалой председатель. — Социализм — это учет. Фразу эту не только полезно знать, но и уметь применять в жизни. А теперь такой вопрос, Игорь Николаевич…
Игорь ответил на вопрос. Еще на много вопросов пришлось ответить ему.
Треугольник Пастухов—Зозуля—Мартьянов решал хозяйственные и технические вопросы. Вопросы экономики страны.
