Всё своё…

Говорят, что Диоген жил в бочке. Жил, или нет мне доподлинно неизвестно, может быть это просто красивая легенда. Хотя быть может и правда… Но речь сейчас не о нем. Речь обо мне. Я не аскет и не философ. Тем не менее, кое-что общее у нас с Диогеном есть – я живу в… чемодане. А началось все много лет назад, еще в то время, когда я был ребенком.
В детстве я боялся темноты. Многие дети боятся темноты, я не был исключением. Стоило только свету погаснуть, как зловещая тьма наваливалась на меня страшной тяжестью, прижимала к кровати и душила, душила кошмарами, охотно рождавшимися в моем детском мозгу. Я накрывался с головой одеялом, но в отличие от большинства сверстников, продолжал чувствовать себя уязвимым. Мягкое одеяло не могло спасти от всей той нечисти, что кружилась вокруг с единственной целью – добраться до моего беззащитного тела. Спасти могла разве что броня, а ее-то, увы, и не было. Однако под моей кроватью лежал старый чемодан, свидетель былых лагерных мучений. Попрыгав однажды на его упругом боку, я решил, что это как раз то, что мне нужно. Следующим вечером я взял с собой в кровать фонарик и лишь только в спальне выключился свет, я, прихватив подушку, перебрался в чемодан. Внутри было жестко, что-то царапало коленку, витали застарелые запахи мыла, пыли и нафталина, но я чувствовал себя абсолютно счастливым – теперь никаким монстрам до меня не добраться. Дудки! И я тут же уснул. Хорошо, что у одной из стенок был отколот кусочек, достаточный для того, чтобы вовнутрь поступал воздух, иначе я наверняка задохнулся бы. С тех пор каждую ночь я проводил в новом убежище, обустраивая его постепенно для большего удобства. При мне всегда находились: фонарик со сменной батарейкой, фляжка с водой и тяжеленький водяной пистолет, придававший мне уверенности в воображаемых ночных баталиях. По периметру я наковырял гвоздиком дырок и больше не страдал от жары и духоты. В общем, я по хозяйски обустроил свое новое жилище и постепенно стал забираться туда даже днем. Родители с улыбкой смотрели на мои чудачества, ведь в остальном никаких странностей за мной не наблюдалось.
Шло время. Я уже не представлял себя отдельно от чемодана, и тут случилась большая неприятность – я вдруг понял, что больше в нем не умещаюсь. Я рос, а чемодан нет. Для меня это стало настоящей трагедией. Сначала я принялся убеждать родителей в необходимости приобретения нового, более вместительного чемодана. Но, увидев, что ничего, кроме странных взглядов не добиваюсь, пошел на военную хитрость. Я залез на антресоли и выволок оттуда близнеца того чемодана, что лежал под моей кроватью. Вытряхнув из него весь хлам и запихав его поглубже в недра антресолей, я спрятал драгоценный трофей под своей кроватью. Всю следующую ночь я, скорчившись в неудобной позе, бредил расчетами и чертежами нового жилища. К утру план реконструкции был готов. Прогуляв школу, я достал из шкафа необходимые инструменты и с энтузиазмом взялся за дело. Полдня я резал, пилил, зачищал, склеивал и скручивал проволокой… В итоге к приходу родителей дело было сделано, мусор и инструменты убраны, а я чувствовал себя настоящим героем. Жаль только, рассказать было некому. Ну да ладно, блаженство, испытанное мной в новом жилище покрыло это с лихвой. Теперь обновленный на манер велосипеда-тандема чемодан стал чем-то напоминать огромный школьный пенал, или гигантский футляр для очков, или… нет, про Дракулу я тогда еще ничего не знал…
О нем я прочитал гораздо позже и поразился тому, насколько у нас много общего. Мы оба предпочитали одиночество, не любили солнечный свет, ну я, скорее, фигурально. Нам обоим требовалась пища – ему кровь, мне информация к размышлению. И мы оба отделяли себя от внешнего мира. Мне повезло, я родился позже, в век научно технического прогресса. Мир изменился. Для получения духовной пищи мне не нужно было выходить на охоту в ночной город, я провел к себе в чемодан телевидение и Интернет. Я охотился там… Да и сам чемодан уже мало походил на своих предшественников. Он разросся до размеров купленной мной квартиры, в которой я теперь проживал в счастливом одиночестве. Отдавая дань былой атрибутике, я стилизовал интерьер под старый большой чемодан. И мне это нравилось. Чертовски нравилось. Моя работа не требовала от меня того, чтобы я покидал убежище. Я работал программистом, подрабатывал вэб дизайнером. Задания, выполненная работа, финансовые расчеты и покупки – всё проходило через Интернет. Мое финансовое положение крепло, я мог получать все, что угодно, не покидая спасительных стен. Редкие посетители удивлялись внутренней обстановке, но вполне спокойно списывали ее на чудачества одинокого компьютерщика.
Постепенно внешний мир превратился для меня в нечто абстрактное, характеризуемое лишь мегабайтами получаемой о нем информации. Я потерял счет времени. Нет, я, конечно, наблюдал течение времени в моих Интернет навигациях, но оно не имело ко мне никакого отношения, как не имеет отношение смена времени действия в фильме к смотрящему его зрителю. Я завис во времени и пространстве. Я поднялся над ними, я поднялся над миром. Мой разум покинул границы тела и начал существовать отдельно, лишь малой частью контролируя системы жизнеобеспечения. Я играл в виртуальных казино и выигрывал, я играл на биржах и богател, как Крез. Я писал книги, сочинял музыку, создавал эпохальные полотна. Я покупал банки, футбольные клубы, правительства и страны. Я начинал и заканчивал войны и революции. Я выкупил поверхность Луны…
Мне стало скучно. Я ушел в себя…
Когда я вернулся обратно, в чемодане было темно и тихо. Мониторы не подавали признаков жизни. Я нащупал фонарик, чудом уцелевший с детства. Слабый свет вырвал у вселенского мрака малую частицу пространства. Я двинулся к выходу. Целую вечность, с гулко бьющимся сердцем, я открывал многочисленные задвижки и запоры. Наконец я с трудом сдвинул тяжелую сейфовую дверь. За ней ничего не было. Ничего. Совсем.
Пустота и мрак. Мрак и пустота…
Я стоял на пороге долго… очень долго. Не в силах ни шагнуть вперед, ни повернуть назад. Я стоял и ни о чем не думал, в моем распоряжении оставалась лишь малая толика разума, контролирующая системы жизнеобеспечения. Наконец я повернул назад. Во мраке дрогнул слабый луч света. Я подошел к зеркалу. С той стороны сквозь меня, смотрел кто-то отдаленно напоминающий меня такого, каким я был когда-то, тысячи лет назад…
Из-за двери его окликнул женский голос. Он вздрогнул, отвернулся, затем бросил на меня последний взгляд, прощальный взгляд полный знания, скорби. И я понял, ощутил, увидел – чего ему стоило закрыть чемодан и отнести туда, где ему самое место…

0 Comments

  1. marisha

    Игорь, я очень рада, что совершено случайно набрела на этот Ваш рассказ.

    Просто притча какая-то. Жутковатая и современная.
    “Человек в футляре” на новый лад? По названию подходит, но, кажется, там дело было в чем-то другом.
    Хотя и тут, и там – панический страх менять что-либо в своей жизни, страх перед реальными проблемами, могущими вызвать нежелательные эмоции.

    А с другой стороны:
    Вот такая у нас жизнь – мы все делаем, не отходя от компьютера!

  2. igor_kit

    Вы правы, Мариша, определённое сходство с Беликовым у ЛГ есть, но сходство начинается и заканчивается желанием отделить себя от окружающего мира. Мотивы же героев различны. Беликовым движет страх перед действительностью и её неприятие. У ЛГ “Всё своё” несколько иное – он ищет физического уединения, защищённости, при этом активно взаимодействуя, посредством интернета, с окружающим миром и постепенно теряя очертания реальности. К ЛГ судьба благосклоннее, в его жизни появляется живой человек и у него (ЛГ) достаёт сил закрыть свой футляр, чемодан, оставшись снаружи.
    Спасибо за отзыв, с уважением.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.