Ах, боже, мой боже какая ловушка
Какая жестокая воля судьбы —
Бальзаковский возраст, совсем еще душка,
Но в жизнь закралось противное «бы».
Могла бы, успела бы, так бы хотела,
Но вечер, мартини и ты всё одна,
Полоска закатная в дым догорела
И можно уже отойти от окна,
Но там за спиною унылые стены
(Пора побелить, подождут до весны),
Бессменные стражники горького плена
И снова мартини и кофе, и сны.