Я вернулся к тебе,
моя старь-деревенька.
Прочернели бока
покосившихся изб.
Так прими же меня,
хоть хмельной я маленько,
И прости мне столь редкий
осенний каприз.
Что ж ты, милый дедуля,
меня не встречаешь?
Так понуро стоит
обескрышенный дом.
Лишь ветра и дожди
ты теперь привечаешь.
А когда-то играли,
резвились мы в нем.
Отцвела, отгорела
рябинушка вдосыть
Дуб остался навек
развесным бобылем
Эх, годочков по тридцать
сейчас бы вам сбросить.
Не стояли бы так
горбыльем да гольем
Шапку сброшу, закину
в огородном бурьяне.
Вы примите, простите
родные края.
Вот стою я пред вами
удручен, покаянен.
Отживали, старели
вы здесь без меня.
Шапку сброшу, закину,
и уйду в чисто поле.
Здравствуй батя родимый,
мать родная — земля.
Подружился теперь ты
с цветами и волен,
И никто не тревожит
весной уж тебя.
Не звенит над просторами
песня девичья.
И прикрылась речушка
от стыда тростником.
И звучит здесь лишь тишь
– тишина безразличья.
Опустел, постарел
незабвенный мой дом.