Скользкая дорога тянет вниз,
ветер цепко обнимает спину.
Кто-то взял лимонный лунный диск
и отрезал ровно половину,
положил на блюдце, не дыша,
из стекла зеленого с каймою
цвета зрелой вишни, сделал шаг
и тихонько спрятался под хвою.
Голубым залит зимы покров,
словно белый кончился в красильне.
В трещинах известки облаков
мямлит масло краски темно-синей.
На еловых лапах горкой мех,
воздух из мороза цедит горечь,
снежный вечер, гладкий, как орех,
раскрываясь, обнажает полночь.
