Мчались письма дорогой неблизкой.
Среди многих – Oдно, что с утра
В Отделение Сыска Симбирска:
О раскрытии Заговора!
В нём писалось красиво и прямо: —
Урождённый студент этих мест.
С группой лиц, Александр Ульянов
Был задержан и взят под Арест…-
Вот и всё. Эта весть, словно птица,
Облетела Присутствий дома.
Как же это могло получиться?
Был Отличником! Мать где была?
Мать вязала носки по погоде,
А затем за пол дня собралась
И, погладив сынишку Володю,
— Мне б успеть -: прошептала, боясь.
В Петербурге – Холодные вёсны.
Бьётся ветер в опоры мостов.
Мужики ловят рыбу на блёсны,
Выпив водочки граммов по сто.
На Фонтанке, в казарменном Доме,
Министерство, где внутренних Дел,
Ей сказали: — Угроза Короне!
На неё посягать Он не смел!
В его кучке Народная Воля
Ни Народа, ни Воли Руси!
А террор, кроме Смуты и Горя,
Он добра никому не носил! –
Говорили: — Не так воспитала! –
А, и в правду, чего тут сказать…
На прощание – свидание дали
И Прошенье сказали писать…
В казематах не пол ли покрашен?
Пушка бьёт свой полуденный час…
Перед Мамой растерянный Саша
Ему страшно и стыдно сейчас…
Приговор приведён в Исполненье!
Власть, Устои свои сохранив,
Всей семье не чинила гонений,
Пенсионы семье разрешив…
В Филармонии слышат Картинки,
В Метрополе – деньгами сорят.
А, с блистательных рамп Мариинки,
В День повешенья – Смерть за Царя…
Вся История – Фарс и Бравада!
И Рождение и Смерть на огне…
Но народу всё это – не надо!
Дайте жить в тишине и тепле!
Утопический бред Кампанеллы.
Сколько Душ на Алтарь он привёл!
О них пишут стихи и новеллы…
Ещё кто-то бежит в Комсомол!…
Всё трудней и труднее поверить,
Но экстрим – это адреалин!
Бьют за нацию, Бьют и за веру,
За толпу и за то, что Один…
Видно – всё в человеческой Сути.
В ней Агрессии вровень с Добром!
Потому и стоим в Перепутье…
Потому в Перепутье – живём!
Но мне хочется, хочется верить:
Будет всем хорошо и тепло,
Будут в Доме не заперты двери,
А сегодня, чтоб Солнце взошло!
2003 г.
