Поэма пнрвая. Я, Семен…
— На Пятницкую, 25,
У станции «Новокузекцкой»…, —
Мэтр соизволил нас послать.
Восьмой этаж. Здесь центр советской
Эфирно-паточной «лапши»…
Ее в соцлагерные страны
Москва прещедро, от души
Льет ежесуточно… Пространны
Постановления ЦК –
Их сокращать нельзя в эфире.
А остальное все ж слегка
Умнее – ведь в эфирном мире
Видны стандарты Би-Би-Си,
«Свободы» и «Волны немецкой».
Вполне к успешным относи
Иновещенье и с советской
Партийной кочки – на друзей
В восточно-европейском блоке…
Румыния… В Европе всей
Едва ль страна еще, где плохи
Так, как в Румынии, дела…
Албания? Ну, да, возможно.
Но вот судьба меня ввела
В отдел вещания оплошно
На приграничную страну,
С моим граничившую детством.
И ставлю горестно в вину
Себе, что мог бы стать наследством
Язык румынский, но не стал.
Я был ленив, нелюбопытен –
Трудом поденным пьедестал
Себе не создал… Ну, увидим,
Что я смогу буз языка…
Я вышел из двора журфака,
В кармане – паспорт. Трет бока
Мне «Репортер»… Тяжел, собака,
Хотя и принято считать
Сие творение «Мехлаба»
Из Будапешта – с цифрой «5» —
Миниатюрщиной… Не слабо?
У нас на третьем этаже
Лаборатория радийцев
С учебной студией. Уже
Я свой здесь. Здесь и взял. Сгодится,
Надеюсь, личный «Репортер» —
Не занимать же у «румынов»?
Короче, вышел – и попер
По Карла Маркса влево. Вынув
Заблаговременно пятак,
Ползу под землю на Свердлова…
Тому ль меня учил журфак,
Проверит практика. Основа
Гуманитарная дана,
А практика – мозгам проверка:
Способен ли творить дела,
Как должно репортеру века
Двадцатого? Ничьей спины
Там не найдется, чтоб укрыться…
Судьба, надежды не спали,
Дай шанс в делах осуществиться,
Как требует двадцатый век
И обязует альма матер…
«Новокузнецкая»… Наверх
Неумолимый эскалатор,
Пока я в истовой мольбе
Взываю тихо к Провиденью,
Вытаскивал меня к судьбе…
Высокий желтый дом моленью
И колебаниям предел
Кладет… Прескучная рутина
Началом журналистских дел:
Заявка на меня бродила
Меж этажами, до бюро
Не добираясь пропускного…
Похоже, не спешат перо
Мое задействовать… Я снова
И снова девушку в окне
Тупым вопросом донимаю:
— Не выписан ли пропуск мне?
— Заявки нет!
— Не понимаю…
Но вот – дождался, дотерпел:
Мне пропуск разовый дается…
Страж милицейский так глядел
В глаза, как словно бы неймется
Ему меня арестовать,
Покуда внешней пропаганде
Урона не нанес…
— Стоять!
Где паспорт?
— Вот он… –
Мы в Уганде?
Проходят черные – и к ним
Милеет страж. Во мне ж находит
«Шпиёна», видно?
— Не судим,
У белых не служил.. –
Доводит
До белого каленья страж…
Есть власти порция и властью
Он явно упивался, аж
Рос над собою, видно. Счастью
Осуществленья власти рад…
Ждет, что сорвусь… Я понимаю –
Стою… А страж сто раз подряд
Листает паспорт… Я зеваю,
А злость ничем не выдаю,
Лишь с пониманьем улыбаюсь…
Он грустно мне отдал мою
Бумажку с паспортом… Вминаюсь
В претесный лифт. Восьмой этаж…
Буфет напртив лифта… Классно:
(Продолжение следует)