СЕМЬ БЕЛОСНЕЖЕК И ОДИН ГНОМ

Семь Белоснежек и один Гном.

– Жили-были дед и баба.
– Опять! Не хочу я деда и бабу! – закапризничала шестилетняя девочка с родинкой на носу.
– Ну, хорошо. Пусть не дед и баба. Жили-были…Кто же там жил-то? – старушка поправила очки.
– Бабушка, ну какая ты недогадливая! Конечно же, Белоснежка! Нет, семь Белоснежек!
– Варенька, ну почему же семь? Я точно помню, что в этой сказке была всего одна Белоснежка. Зато семь гномов.
– Фу, ты! Это в той сказке была одна Белоснежка и семь гномов! А ты расскажи про одного гнома и семь Белоснежек!
– Ну, если ты так настаиваешь…Хотя, всё-таки…
– Не хочешь – тогда сама ешь свою манную кашу! – девочка отодвинула тарелку.
– Ну, хорошо, хорошо! В глухом лесу на опушке стоял одинокий маленький домик. И жили в нём семь Белоснежек.
– Ба, как ты не понимаешь?! В маленьком домике семь Белоснежек не поместятся! Куда они денут семь шкафов, семь кроватей и все игрушки?! – хитро сморщила носик Варенька.
– Ну, в общем-то, ты права. Только, если будешь перебивать, я совсем запутаюсь. Давай так: ты молчишь и ешь кашу. А я расскажу, как знаю.
– Ну, ладно, – не очень охотно согласилась внучка. – Только ты не древнюю сказку рассказывай, а нашу, молодёжную.
– Ох, прям, беда с тобой!.. Ну, попробую. В общем, все эти семь сестёр Белоснежек были очень красивыми, добрыми и послушными девочками. И просто обожали манную кашу!
– Но однажды в дом к ним зашла злая колдунья. И подмешала в эту противную кашу какое-то зелье. И стали они вредные, злые и страшные! – с торжествующим видом продолжила девочка.
– Ох, и откуда в тебе это?! – ужаснулась бабушка.
– Бабуль, так ведь интереснее! Ну, почему всегда добрые и послушные?!
– Варвара, вьёшь ты из меня верёвки! А ведь молчать обещала!
– Уже молчу.
– Вот и молчи. И стали эти вредные Белоснежки (фамилия, что ли, у них такая?) друг другу пакостить. То пятно на платье посадят, то пудру спрячут, то клок волос на голове выстригут.
– То дырку на шубе прожгут, – одобрительно добавила Варенька.
– С утра до ночи крик из их большого дома доносится. Целый день друг с дружкой грызутся, остановиться не могут. Какая из них красивее, выясняют. Хотя, все страшнее смерти! – разошлась и бабушка. – Так бы и грызлись всю жизнь. Да как-то раз зазвенел у их двери колокольчик.
– Кого там нелёгкая принесла? – в один голос заверещали все семь Белоснежек. Но всё-таки бросились наперегонки дверь открывать. Вдруг, принц какой надумал на них жениться? Смотрят, стоит на пороге маленький, щупленький Гномик и колпачок в руках теребит. Ну, совсем не принц!
Но на безрыбье и рак рыба. Затащили сёстры Гномика к себе. А что дальше делать, и не знают. Они ведь только ругаться и пакостить умели. Хорошо, что гость не робкого десятка оказался.
– Эй, красавицы! Не плохо бы перекусить, – говорит.
А в доме пусто – шаром покати. Белоснежки кашеварить совсем не любили. Так, чем придётся, перекусывали. Да, как раз, всё и съели.
– А ты возьми, и сам навари, – старшая говорит. – Заодно и нас покормишь. Давно во рту маковой росинки не держали.
– А сами-то чего еды не наварите? – Гном, значит, интересуется. – Аль, больные какие?
– Ой, больные, – за всех младшая сестра отвечает. – Еле-еле с кроватей поднялись. Так что ты уж сам как-нибудь управляйся. Да про нас не забудь. За гостеприимство платить надо. Тем более, ты не прынц.
Усмехнулся Гном, колпачок на голову натянул и в лес по грибы отправился. Скоро вернулся. Дров вязанку принёс и грибов корзину полную. Искать-то их долго не пришлось. Прямо под ногами росли, Белоснежкам ведь грибы собирать лень было. Гость в один миг печку распалил, ужин состряпал. Сам наелся и хозяек накормил. Те аж ругаться на время забыли, так вкусно оказалось.
Поели, значит, всю посуду перепачкали. А мыть-то кому? Сёстры ведь не только Белоснежки, а ещё и белоручки. Посмотрел Гном на башню из грязной посуды, ничего не сказал, за водой к колодцу пошёл. А девицы уже перед зеркалом крутятся, злые комплименты друг дружке отвешивают. Видит Гномик, не собираются они хозяйством заниматься. Помыл посуду, на полку аккуратно расставил, да ещё и многолетнюю пыль с полки вытер.
Сёстры от нечего делать всё жужжат да грызутся. А Гномик забегался весь, пот рукавом вытирает, но всё же песенку весёлую под нос мурлычет. На сестёр совсем внимания не обращает. Уже и пол подмёл, и стул развалившийся починил, что бы ещё поделать, посматривает. А, вон в углу сковородки почерневшие свалены. Начистил песочком, как в зеркало любуется, уже во весь голос распевает:
– Эх, хороши, хороши в саду цветочки!
Ещё краше девушки весной!
Насторожились Белоснежки: это какие такие девушки лучше их? На них-то гость даже украдкой не поглядывает, ни одного комплимента про их красоту не сказал.
– Да, неплохо ты со сковородами расправился, – решила обратить на себя внимание одна из сестриц.
– Зато стул кривоват, – не удержалась вторая.
– Вот я бы его так разукрасила, – подскочила третья, – что эту косолапость и не заметно было бы!
– Так в чём же дело? – Гномик говорит, а сам уже ей и ведёрко с краской протягивает, и кисточку беличью.
Вылупила глаза Белоснежка, не ожидала такого поворота. Но отступать некуда – взяла кисточку. Обмакнула её в краску, немного подумала и нарисовала листочек. Сама удивилась, не думала, что рисовать умеет. Макнула ещё раз – и ещё один листок нарисовала.
– А ведь правда твоя, знатный стул получается. Что кривой, и не видно, – похвалил Гномик.
– И мне, и мне дай попробовать! – наперебой загалдели другие девицы.
Выхватили у сестры кисточку и давай свои листочки рисовать. Вмиг стульчик краше любого куста весеннего расцвёл. Разохотились сестрицы, а ну давай и другую мебель разукрашивать. А чтоб краска лучше ложилась, пришлось помыть, поскоблить кое-что. Такой тарарам в доме поднялся, какого тут вовек не было! Такую красоту навели!
А как все дела переделали, отдохнуть присели – глядь, а Гномик-то куда-то подевался. Когда и куда ушёл, они и не заметили.
Дзинь-ля-ля!.. Дзинь-ля-ля!..- зазвенел дверной колокольчик.
Бросились радостные Белоснежки Гномика встречать, достижениями своими делиться. Широко дверь распахнули. Да так на пороге и застыли. Ведь не Гномик совсем это был.
– Как это не Гномик?! – рассердилась Варенька. – Вечно ты, бабушка, всё напутаешь! Кто же ещё?
– А принц сказочный, вот кто. Красивый-раскрасивый, богатый-пребогатый, и не пешком с колпачком, а на коне богатырском и в короне из настоящего золота. Как увидел он Белоснежек, растерялся, ослеп, прям, от красоты их неземной.
– От какой красоты, бабушка! Сама говорила, одна страшней другой они были!
– Эх, плохо ты ещё жизнь знаешь, Варенька! Это они раньше уродливыми были, а от работы и от радости творчества, знаешь, как расцвели! Саму Василису Прекрасную затмили!
– И что, какая из них замуж за принца вышла?
– В том-то и дело, что никакая. Как увидели Белоснежки, что не Гномик это, расстроились страшно, дверь перед носом у принца захлопнули. Живут теперь мирно, пироги пекут, картины рисуют, узоры вышивают, маленьких гномиков и Белоснежек нянчат. Гость-то их не навсегда ушёл. Как увидел, что Белоснежки исправились, за братьями побежал.
Вздохнула Варенька, остатки каши с тарелки подобрала – и прямиком к раковине, посуду мыть. Не одним ведь Белоснежкам красавицами быть хочется!

Ольга Добросовестная.

0 Comments

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.