ПОЭТЫ
Дерзкú, обидчивы, ранимы…
А как выносливы, кошмар!
Ведь носят свой невыносимый
Неведомых размеров дар.
Мужчины в панцирях железных,
Силачки-девушки с веслом!
Как мускулисто вы прелестны,
Таская слов металлолом!
Вот видишь, как я отстраненно?
Как будто и не о себе…
Затем и крылья, чтобы тонны
Всего вынашивать в судьбе.
Хотите мир наполнить Даром,
Своим? О, будьте так дерзки!..
И будете простором ярым
Зажаты в темные тиски.
Вам станет сдавленно и узко.
Вам станет кельей белый свет,
Да так, что под нагрузкой русской
Забудете, что вы — поэт.
Зато вы вспомните такое,
Чего не в силах перенесть
Никто. И Бог вас успокоит:
Что эта жуть поэт и есть…
* * *
О, как мы любим упиваться
Собой!
И каждый — Гамлет, мой Горацио,
Любой!
И каждый произносит в стены
Свой монолог.
И каждый мнит, что непременно
В нем — лучший Бог.
Хоть сведущи в любом вопросе —
Рабы!
Ведь не любовь и счастья просим —
Судьбы…
* * *
Мы так банальны: крылья-слёзы-свечи.
Но может статься: в этом весь прикол.
И может, миру солнечней и легче,
Когда он знает, что поэт пришел
Его увидеть насквозь и услышать
И разделить (или придумать) боль.
Его понять и — сделать к тайне ближе
И увести беспечно за собой.
Нам не понять людей, таких же. Странно!
Всё чувствовать посредством языка.
И Богу подарить такую тайну
Кричащую, как сочная тоска.
В дензнаках здесь не ценится работа
Сия. И ты, обычный дезертир,
Смотри навзрыд и всё… Ведь должен кто-то
Всего лишь понимать и видеть мир.
У СЛОВА ЗА ПАЗУХОЙ
За право быть непонятым при жизни
И никогда, по-существу — никем,
Воюй, и не однажды красно взвизгни,
Что в этом мире нет тебя совсем.
В горячке путай будущее с прошлым,
Всему служи связующим звеном,
Кажись банальным, даже в чем-то пошлым
И думай непрерывно об одном —
Живи в раю навязчивой идеи,
Что окромя Искусства Бога нет.
Сыпь эту ересь-бисер меж людей,
Как ночь на землю сыплет звездный свет.
Живи себе за пазухой у слова
Иль под его заботливым крылом.
Служи ему, чернец, светло, весомо.
Летя, вприпрыжку — думай об одном.
СОСЕД
Сегодня вечером повесился сосед.
Кругом краса полей и ветра. Лето.
Как в Греции — всё есть. Соседа нет.
И всё теперь цветет не для соседа.
И некому мне арию запеть.
Иль птички непослушные куплеты.
Всё есть на свете. Только нету ведь
За стенкой молчаливого соседа.
Немного пил. Был неплохой рыбак,
И взгляд его был честный и хороший,
Но что-то было всё-таки не так,
Болела суть под терпеливой кожей.
Как всё же крепко мы заплетены
В косу кривых, безжалостных событий,
В которой чувство собственной вины
Не позволяет к горизонту выйти.
Сегодня вечером повесился сосед…
Хочу на Хортицу. Тепло и звёздно. Лето…
К чему всё это. Ведь соседа нет!
Нет у меня печального соседа…
……………………………..
(Вы скажете: : «Не нужен груз и бред!»
Но кто же вам поведает про беды,
Как не поэт. На то он и поэт,
Чтоб, словно верный пес, служить соседу.