Мне лично претит творец — в качестве беженца.
Один наш талантливый литератор поэтически отразил начало войны: панические настроения, бегство… И таковых было немало!
Но большинство из «социально слабых слоев населения» — оказались фаталистами. Остались… Им тоже свойственны естественные чувства самосохранения — не поддались животным ощущениям. Я немного наблюдал животных — собак и кошек — в момент разрыва катюш!
Человек обладает сознанием, выдержкой, свободной волей… Не бесстрашие, а простая логика и расчет побуждают не метаться в полной растерянности.
Спасение — пусть и временное, неполное — предоставляет бомбоубежище или комната безопасности. Даже под крышей. Не метаться в панике.
Бежать в безопасное место — выход! Но только для малодушных и эгоистов. Избранник судьбы — писатель, поэт, творец — должен быть рядом со своим народом! Терпеть… Подбадривать…
Поведением автора в суровое время испытаний — читатели проверяют искренность написанного.
Беженцы — люди тоже несчастные, здравомыслящие, — не герои!

Мне лично претит творец — в качестве беженца.
Один наш талантливый литератор поэтически отразил начало войны: панические настроения, бегство… И таковых было немало!
Но большинство из «социально слабых слоев населения» — оказались фаталистами. Остались… Им тоже свойственны естественные чувства самосохранения — не поддались животным ощущениям. Я немного наблюдал животных — собак и кошек — в момент разрыва катюш!
Человек обладает сознанием, выдержкой, свободной волей… Не бесстрашие, а простая логика и расчет побуждают не метаться в полной растерянности.
Спасение — пусть и временное, неполное — предоставляет бомбоубежище или комната безопасности. Даже под крышей. Не метаться в панике.
Бежать в безопасное место — выход! Но только для малодушных и эгоистов. Избранник судьбы — писатель, поэт, творец — должен быть рядом со своим народом! Терпеть… Подбадривать…
Поведением автора в суровое время испытаний — читатели проверяют искренность написанного.
Беженцы — люди тоже несчастные, здравомыслящие, — не герои!