Авторы: Д. *Камелия* Санрин, И.Хандс, Е. Мракота
Hands
Разгоняя плотный воздух по углам,
Я наполню эту комнату сияньем.
Обернись. Смотри в глаза. Отныне нам
Бороздить вдвоем просторы мирозданья…
Пусть руками неудобно говорить —
В суету нам погружаться не пристало.
Только люди, неспособные творить,
Выживаньем занимаются устало…
Camelia
Ты устало занимался выживаньем.
Я размешивала облако в стакане,
зацепляясь мыслями за грани…
Нам судьба играла на баяне
танго (не запомнила названья).
Оба мы искали пониманья:
я — в гранёном бурями стакане,
ты на неразложенном диване…
Hands
Южный ветер дым несет и стоны,
Демон смерти сеет страх и смуту,
Я в рядах защитников Диона
Умираю каждую минуту.
Нас с тобою разделяют горы,
Море, снег, взаимные проклятья…
Пусть теперь другие гастролеры
Погибают у тебя в объятьях..
Но под пальмой, поедая манго,
Через много лет и расстояний
Знаю — ты припомнишь это танго,
Что судьба играла на баяне…
Camelia
Я в трансе замерла и манго отложила
я слушаю, я слушаю: ещё!
Послушайте, не вас ли я любила,
и голову склоняла на плечо,
когда в самозабвенном упоеньи
кружилась в танго — с вами или нет??
я помню эти чудные мгновенья,
я помню ваших глаз манящий свет,
улыбку, полувзор-полубезумье,
истому обессилевшей руки,
и как же мне невыносимо думать,
что вы невероятно далеки…
Mrakotha
О да, я помню битву у Диона!
По пояс кровь. Чудесные деньки…
И как же мне невыносимо думать,
Что вы невероятно далеки…
Когда в самозабвенном упоеньи
Кружились в танго молнии-мечи,
Увидел я твой взор и в те мгновенья
Решил — найду к тебе ключи!
Пусть глупый враг беснуется в бессильи,
Мне нету дела до его страстей,
Тебя я одарил букетом лилий,
С той ночи стала ты моей.
Это моя женщина, танцуй в другую сторону.
Hands
Я возвращаюсь с юга
Рысью, сквозь день
Вчерашний.
Где ты, моя подруга?
В замке, в высокой
Башне.
Гладкий паркет в палатах
Чист и натерт
До блеска.
Рядом – твои солдаты,
Мне среди них
Нет места…
Танцы, шуты, обеды..
«Кто он?»… И нет
Ответа.
Знамя моей победы
Станет другого
Цвета.
Роджер Черный, Веселый
Будет моим
Отныне,
Я поджигаю села,
Я забываю
Имя,
Ленточки в косах длинных,
Плечи, глаза,
Ресницы…
Тысячи жертв невинных
Под моей
Колесницей.
Я не подвержен горю,
Страшный солдат
Удачи!..
…Только чайки над морем
Слышали, как я плачу…
* * *
Мне парня жалко, я ему говорю: тычё? куда?
Camelia
Я искала тебя повсюду,
голубей рассылала стаями.
Если требуешь — я забуду.
Но прошу тебя — не настаивай!
Я разлуки настойку горькую
пью до капли, не сомневайся!
А тебе флибустьеры зоркие
говорят: она улыбается.
Говорят: хороша немыслимо
что ни день наряды меняет.
Голубей рассылает с письмами,
всех на бал к себе созывает.
На моём балу-маскараде
всё стеклом засверкает и оловом.
И не вспомнит никто о награде
за твою непокорную голову.
Мишуру отличить не сумеют
от твоих драгоценных камней,
не подумают, что посмеет
флибустьер явиться ко мне.
И под маскою светской ненужности
разглядишь меня — ты один.
Приходи ко мне, гость мой суженый!
Укради меня, укради!
Hands
На высоком балконе осени,
Под узорами из зимы
Мы с тобою друг друга бросили…
Или это были не мы?
В окруженьи друзей проверенных,
Среди женщин и пьяных смут
Я пытаюсь отнять у времени
Наши краткие пять минут.
Не сдается оно, противится,
Запирает прошлое в склеп
А под палубой море ширится
И стирает, стирает след…
Не способный на сожаление,
Упражняясь в своей борьбе,
Я сжигал не только селения,
Я сжигал и мосты к тебе.
И теперь, на продажу выставлен,
Заблудившись в тысячах верст
Я стою на забытой пристани
Без тебя, под россыпью звезд
Как вернуться, скажи, красавица?
Нет ни веры, ни сил дойти…
Мне Харон во тьме улыбается,
Говорит: могу подвезти.
Подвези… И слова последние
Растворяются в пустоте.
Эти строфы – мое наследие –
Для тебя.
На могильной плите…
Mrakotha
To Camelia:
Подарок мой — твой голубок почтовый —
Запомнил с чьей клевал руки.
Письмо тебе тот флибустьер фартовый,
Мне до последней показал строки.
О боже, что за маскарад, за тайны!
Им нет цены. Игру свою кончай.
Для некоторых злой исход, фатальный.
Скажи же новой шалости прощай.
Пиши, не медли! Вот перо и свечи,
Дай шанс спасенья храбрецу.
Про встречу?! Быть не может речи!
Ведь знаешь, петли не к лицу…
Твой норов юн и необуздан, леди.
Но душу я твою храню.
Ты молода, и всё в неверном свете
Видишь. Ведь я тебя люблю.
Я заслоню тебя от тёмной жизни.
Тебе не к спеху пропадать.
Но далее коль будешь ты капризна,
Свободу вынудишь забрать.
Camelia to Mrakotha
Ты, грешник в святом облаченьи,
молитвам своим обречён.
И в адских своих мученьях
ты видишь, как я и он
стремимся друг к другу отчаянно
И, несмотря ни на что,
мы с ним опять повстречается
…а ты разлучён с мечтой.
* * *
А это я уезжать засобиралась:
Camelia to Hands
Мой корабль уплывает рано
в облаках по бескрайнему небу
Я в далёких тропических странах
отыщу тебя, где б ты не был…
Я жемчужный песок рассыпала,
рисовала на нём имя…
Карта дальних дорог выпала
от меня до тебя, любимый…
* * *
Хандс тоскует:
Hands
то Camelia
Ты была далеко, а теперь еще дальше
Словно снег твои письма растают в руках
Ты в объятьях надежд, я – в обмане и фальши,
Неужели меня ты искала в веках?..
Оглянись!.. За тобою твои кавалеры…
Улыбнись – звезды грудами сложат у ног…
Притворись! Ведь тебе позволяют манеры..
Отрекись. Волны смоют жемчужный песок…
Camelia
Не потеря твоя, не утрата —
обо мне ты мечтать не мог.
И ни выхода, ни возврата,
ни дверей тебе, ни дорог.
О спасеньи забыты речи.
Из безбожных тёмных глубин
вырастает молитва, шепчешь:
«Полюби меня, полюби!»
Ни постом, ни моленьем праведным
страсть греховную не избыть.
Как грехи прихожанок завидны!
Не дано им, как ты, грешить.
С горькой миною всепрощения
перекошенным благостью ртом
ты даруешь слова отпущения,
золотым осеняя крестом.
Нарисован рукою гения,
смотрит Бог со стен на мольбы.
И смеётся дьявол в геенне:
«Полюби меня, полюби!»
Camelia
Флибустьер мой!
забытым именем
и забытым богом клянусь:
наших судеб прямые линии
заплетутся, когда вернусь!
* * *
Юнги, гребцы, матросы…
«Кто он?» —
и свист дамаска.
Падают в море росы
и продолжается сказка.
