Солнце на лето – зима на мороз…
Выдался стылый в Нью-Йорке февраль..
И обострился некстати хондроз,
И одиноко – и мне себя жаль…
Долго казался себе молодым,
Не признавая хронограф судьбы,
Я не заметил, но канула в дым
Молодость… Эх! И напрасны мольбы.
Знала бы молодость – старость могла б…
Два эти полюса не сочетать…
Бывший любви романтической раб…
Что мне осталось? Потери считать…
Где-то, возможно, как в пыльном шкафу
Тихо хранится былая весна…
Для сожалений и грусти живу,
Воспоминаньями память полна…
Вспомнишь о чем-то… Неужто вот так
Было взаправду – и нет ничего…
Молодость, песни, любовь и журфак…
Апофеоз бытия моего…
Быстро осыпался апофеоз,
Ветер эпохи умчал его вдаль…
Солнце – на лето. Зима – на мороз…
Выдался стылый в Нью-Йорке февраль…
***
Солнце — на лето. Зима — на мороз.
Что нам осталось? Жалеть и грустить?
Пыль разгребать и мусолить вопрос:
Быть, как не быть, иль не быть, будто быть?
Стынет февраль. Согревается март.
Светится хрупкого лучика нить.
И не стареет веселый азарт
лучик ладонью ловить … просто жить …
