Объявляли пророки
не раз и не два,
Что Господь на пороге
и терпит едва.
И уж огнь вынимает из ножен,
Потому, что сей мир невозможен.
А младенец, как прежде,
Часто мочит одежды
Своих бабушек и матерей.
А по случаю, даже царей.
Мир, похоже, стал старше,
хотя не умней.
Те же роты на марше
и вождь на коне.
Но господним огнём овладели
И холодный рассудок при деле.
А малыш безмятежно
Забывает, что грешно.
И как хочется, так и живёт.
И шумит, если болен живот.
Говорят, дальше — больше:
во звёздной пыли
За воздушною толщей
пойдут корабли.
Чтобы мир стал для глупостей шире,
Поведут их отцы-командиры.
А мальчишка, как вечно,
Озорует беспечно.
И с друзьями, совсем неспроста,
Вечерами играет в Христа.
Рядом поставленные «… Господь на пороге и терпит едва» и «А младенец, как прежде, часто мочит одежды» — не кажется ли Вам, что они создают навязчивую двусмысленность?
Буду очень признателен доброму человеку, который растолкует мне смысл «навязчивой двусмысленности». Может быть, Вы и правы.
… просто не отвязаться от образа жмущегося на пороге Бога: » А нельзя ли воспользоваться вашим туалетом?»
Пииттуху.
Вы единственный у кого такие ассоциации.У Вас что,серьезные проблемы? Может медицинская помощь нужна?