БЗДЕЦ И ЭБАСТОС (монолог-быль)

БЗДЕЦ И ЭБАСТОС

— Стой, мужик! Стой, говорю…Не спеши… Сядь, отдохни…Посиди-покури… Куришь?.. А зря! Вредно это — точно знаю… Очень вредно… Вот… парнишка один… зятёк мой, тоже как-то покуривать стал… Скрытно так, — в кулачок, по-быстрому и тайно, ну, ты знаешь, как это у нас, у мужиков происходит — в полнейшем одиночестве. Думал — всех он хитрее! Да недолго думал-то!… недолго… Доча моя и жена, ну — тёща евонная, быстро унюхали. Но — доказать до поры до времени ничего не могли — он-то всё отвергал! В этом деле без улик нельзя. Хоть бабы у нас и злые, но — справедливые.. А вот когда и табачинки из его кармана вытряхнули, да под электрический микроскоп — …есть у нас… я с работы принёс, списанный… — тут уж — куда деваться?… Сознался парень… Взяли хлопца в крутой эбастос и — бздец!.. Во цвете лет!… Ты не пугайся — эт у меня слова такие, научные, — на производстве без них — никак… Так, что — зря ты это. Курить — здоровью вредить! Особо — когда с бабами дело имеешь. У баб ведь нюх — что у собак! А у собак, знаешь, какой нюх? По-большому, по-научному — знаешь?! А не знаешь, так слушай!
Работал я тогда в ра-бо-латории… Секретной, разумеется… Кем работал — не скажу, потому как — секрет. Одно скажу, что начальник мой, совсем уж секретный, не раз говорил мне: «Хорошо работаешь, Михалыч!»… Михалыч — это я… А, тебя-то — как?… ЧуднОе имя какое! — из прибалтов, наверно будешь… Так вот, Николай… Работал я, работал, и всё у нас было тихо, как и везде, где я работал… Хех… У меня-т — не пошумишь… Да…
И был у нас на приступочке образец — вазончик такой… с дыркой… Цир-лин-дрическй. Из чистой платины. С интравертным номером разумеется — учтённый. Ну, стоит себе, и — стоит… Год стоит… Два стоит… Мы уж его и замечать перестали. А тут — письмо из Института, из Центра, значит: «Везите, говорят, этот вазончик с Михалычем к нам для проведения опытов государственной важности!»
Мы — хвать! — а вазончика-то и нетути! Пропал…Везде ищем — нет и всё! Начальник звонит: нету, мол, вазончика, не знаем, куда подевался!… Так, к нему на следующий же день люди в шатском пожаловали — дело шить, эбастос по-нашему. Со всех — подписку о невыезде с места задержания… Да только вазончика, всё одно — нема. А цена у него оказалась такая, что вся наша раболатория в его донышке вместится. Понятно, что с этим делом Институт наш Центральный ну никак смириться не мог.
И приехали уже другие люди. Посерьёзнее… С собаками… Собаки чуднЫе!.. — первый раз таких увидал… Без шерсти… Без ушей… Стального цвета… На платину, слышь, натасканные — тока на неё. У них там, сказывают, на всю таблицу Менделя, на каждую железяку своя отдельная порода имеется.
И, что ты думаешь? — в момент отыскали! Вазончик-то… Он за железный сейф с приступочки скатился. Этот сейф вшестером от стенки отодвигать пришлось. Так что эбастос смягчился, ну и бздец, конечно тоже, в силу ихней научной взаимосвязанности… Меня и начальника уволили, правда… За халатность, по собственному желанию. Для профилактики, так сказать. Но всё, в общем, счастливо обошлось.
Так что, — вот тебе сказ о собачьем нюхе. Он у них, как у баб — а то и поболе! Собака вообще тварь занятная. Тут я недавно, весной, в одном серьёзном издании читаю, — дескать, научными исследованиями последних дней доказано, что собака на три прОцента умнее человека. Не, Николай, ты вдумайся: НА ЦЕЛЫХ ТРИ ПРОЦЕНТА! И подписана та заметочка, как сейчас помню, какой-то Стеллой Глория Перл. Тут уж я стерпеть не мог — не люблю когда меня за дурака держат, причем не просто дурака, а — дурнее Шарика там или Бобика какого. Пишу им в редакцию — лично для этой Стеллы, будь она неладна. «А позвольте вас спросить, гражданка, — пишу я, — а кто это вот голословное утверждение насчет собачьего ума доказал? Собака или же — человек? Я так из вашей заметочки понял, что — человек… Тогда выходит, что человек всё ж-таки умнее, даже такой дурак, который эту вот глупость доказывать взялся. И все Ваши возможные отмазки, что собака этого доказать не может только потому, что по-нашему говорить не умеет, я самым решительным образом отвергаю — могла бы и написать, сцука, свои доказательства, ежели такая ВУМНАЯ!»
   И, что ты думаешь, Николай? ­- приходит мне ответ от них, от Стеллы — на бумаге их фирменной и лично этой Глорией Перл написанный.
   «Уважаемый Михалыч, — пишет мне она, — Если вы думаете, что я — человек, то очень и очень глубоко ошибаетесь! Искренне Ваша, Стелла Глория Перл.» И внизу приписочка такая небольшая: «ГАВ!»
   Тут уже полный бздец… Безо всякого эбастоса… Такое хоть и редко, но бывает, — как шариковая молния. И научного объяснения этому покуда не найдено.