Появляются: женщина, дети, внуки,
головокружения, цвет и звуки,
пьедестал, который для себя присмотрел,
своя биография, свой колчан для стрел.
Но меж облачных межей вырастает рубеж,
за которым движенье ниц —
пьедестал просел, нету острых стрел,
и всё меньше забытых лиц.
Весь вопрос: суметь промолчать, не сметь
повторять, что не твой черёд…
У любой луны с другой стороны
тоже что-то поёт и жжёт.