Ни взгляда оторвать, ни выпустить на волю.
Затейливый пейзаж, сгодившийся на фон.
Но ты уже к нему прикован, им присвоен,
до капли растворен, навечно пригвожден.
Как отзвук давних слов, плывут другие лица.
Иные имена вплетаются в сюжет.
И странный это свет струится и двоится
в ночи – как явь и сон. Как образ и портрет.
Там полная луна парит на пьедестале,
и символов ночных неразличима нить.
И медлишь потому, уставившись в детали,
что страшно сделать шаг – к загадке подступить.
Цветного витража, растрескавшейся фрески
осколок, лепесток, чешуйка и пыльца.
И полуоборот решительный и веский
над призраками снов царящего лица.
Которое к себе влечет неотвратимо –
пленительный изгиб, таинственный обет.
С рождения души наложенная схима,
Впитавшая в себя небесный этот свет.
А ты опять ему внимаешь богомольно,
глядишь во все глаза, следишь издалека
как тонкая рука роняется безвольно –
трагический излом поникшего цветка.
Продолжить этот жест могли б клинок и гарда,
опущенные вниз, – окончена дуэль.
Улыбкою б черты чуть тронул Леонардо,
но так – трезвей – ее увидел Рафаэль.
Обычный человек, нерасторопный гений.
Всего вначале он и сам не знал, но вот –
свободный результат медлительных прозрений,
мерцая и маня, пред нами предстает.
И дальше – суть видна как прорастанье зерен,
как отповедь тоске, как парафраз обид.
И дальше – каждый штрих случаен, но бесспорен.
Он все соединит. И снова раздробит.
Глаз этих глубина как ангельское пенье.
И как благая весть из неизвестных стран.
Как под рукой – волос спокойное кипенье.
И кожи белизна. И горделивый стан.
Что самоценно и что параллельно славе –
неизъяснимость слов, объятий нежный хруст.
О чем не рассказать, когда раздует пламя
неистовой свечи дыханье этих уст.
Порхают мотыльки в трепещущем полете,
настойчивая кисть вскрывает новый пласт –
простой и внятный смысл – что и по части плоти
высокий этот дух любому фору даст.
И все же стоит быть поэтом и изгоем,
и смутно ощущать как с плоскости холста
нисходит в бренный мир провидческая горечь –
бессмыслена любовь, бесцельна красота.
И сколько надо слов отбросить и растратить,
пускать Пегаса вскачь, переводить в полет,
чтоб истину постичь или себе потрафить, –
а там – кому дано, возможно, и поймет.
Оставить легкий след, едва заметный слепок
своей души и знать – хоть вечен бег времен,
но их могучий рев, неуловимый лепет,
по сути, для тебя – не более чем фон.
Признаюсь честно, давно таких красивых произведений не читал!!! Прекрасный тон и сдержанный мотив, сильная вещь!!Красиво рисуете…
Вполне осмысленно. Напоминает нашего П.В.Б, уж не Вы ли в самом деле? Претензии есть, но их сокрою, «силов» на два сайта не хватает. Единственное: «уставившись» — сама стараюсь избегать «вшей», тем паче профессия обязывает «блох» ловить. Без обид. Что Вы имели в виду «Лишь бы мы не пожалели об этом…»?
Второй раз читаю.зашла посмотреть автора со странички конкурсной рецензии.Хотелось бы более детального знакомства с вашей поэзией.
Под этим ником нигде ничего нет.
Он разовый — для конкурса.
А вот когда конкурс закончится…
А с Малиниными на этом сайте я, честно говоря, запутался.
Наталья!
Искренне признателен за интерес и внимание.
Ваше эссе, опубликованное на этом сайте, — содержательно и по делу.
Посмотрел одну из указанных Вами ссылок.
Судя по портрету, Вы молодая и обаятельная женщина.
Эти прекрасные качества, безусловно, находят отражение и в Вашей поэзии.
С уважением и симпатией.
Уважаемый Николай Иванович!
Вышел на Вашу страничку после Вашего замечания в обзоре Дм. Родионова:
«Хочу только заметить, что «новозеландское» стихотворение, которое Вы выводите на первое место в нашем забеге, по большому счету, просто беспомощно.»
Искренне хотелось бы по-подробнее и действительно «по большому счёту» помочь мне разобраться в моей беспомощности.
Заранее благодарен, очень надеюсь, что не откажете.
Если Вас не затруднит, хотелось бы чтобы замечания были конкретными, а не общими.
И не потом, после конкурса, когда они уже бессмыслены для жюри, а непосредствеенно сейчас.
Чтобы такие известные знатоки русской поэзии, как И.Глейзер, входящие в отборочную комиссию, смогли бы Вас предметно поддержать.
Надеюсь, что не откажите в любезности и назваться.
(как-то по-детски это, быть анонимом, и несолидно)
С уважением к Вашему мастерству и художественному багажу рецензента.
.
«Искренне хотелось бы по-подробнее и действительно «по большому счёту» вы ПОМОГЛИ мне разобраться в моей беспомощности.»
(извините за описку, за допущенную погрешность фразы)
.
«Искренне хотелось бы по-подробнее и действительно «по большому счёту» ЧТОБЫ Вы ПОМОГЛИ мне разобраться в моей беспомощности.»
(извините за описку, за вторично допущенную погрешность фразы,
видимо волнуюсь (:?))#. )
.
Уважаемый Владимир О. Сергеев!
Постараюсь оперативно изложить свои соображения относительно Вашего стихотворения.
Правда, для того, чтобы разговор получился действительно конкретным, некоторое время мне все-таки понадобится. Надеюсь, что за пару дней управлюсь.
Обещаю, что, если после внимательного прочтения и соответствующего анализа, окажется, что мои оценки неоправданно резки (так сказать — Вы попали под горячую руку), то я честно в этом признаюсь.
Если Вы предпочитаете, чтобы я написал Вам лично, то сообщите свой адрес.
В противном случае — где я должен поместить свои заметки (в комментариях к обзору, к стихотворению)?
Что касается «показать личико», то, поскольку я начал дискуссию, как Вы правильно понимаете, под псевдонимом, то менять его уже по ходу, было бы непоследовательно.
С уважением,
Н.И.
Уважаемый Николай Иванович!
Прежде всего, спасибо за обещание, буду ждать Вашей рецензии.
Никаких секретов у меня от людей нет.
Поэтому где хотите, там и разместите.
Конечно же, джентельмены там, где наносят оскорбления (если это было оскорбление, ваш анализ как раз всё и разобъяснит), там и обеспечивают сатисфакцию.
Поэтому там, где было сказано «а», было бы предпочтительно и услышать «б», поясняющее «а».
Впрочем, мне важен результат более, чем всё прочее.
(только, ради бога, не тратьте время и место на размусоливание типа «…там, далеко/…/…берегов» не рифма, или плохая рифма. В моём образовательном багаже есть и окончание с отличием ВЛК , и (как говорят: «по свидетельству очевидцев») я достаточно хорошо разбираюсь в литературной технической мелочёвке).
Но отказываться от помощи со стороны (хотя бы потому, что со стороны зачастую виднее) было бы слишком неразумно.
Так что ещё раз, прошу Вас оказать мне эту любезность.
Всего доброго!
.
Уважаемый Владимир О. Сергеев!
Выполняя обещание, я начал излагать свои соображения по поводу Вашего стихотворения.
Но некоторые серьезные обстоятельства личного характера вынудили меня прервать это увлекательное занятие.
Вернувшись же из реального мира в виртуальный, я обнаружил, что у Вас тут возникла какая-то ожесточенная перепалка с Д.Родионовым, в причинах которой мне, как человеку на этом сайте случайному, разбираться не хочется.
Потому, чтобы не подливать масла в огонь, я вынужден был отказаться от своего первоначального намерения.
Приношу Вам свои извинения.
Можете считать меня человеком необязательным, но так сложились обстоятельства.
Уважаемый Николай Иванович!
«В огороде бузина, а в Киеве дядька»
Причём тут Родионов, человек (как он сам заявил) не имеющий отношения к этому сайту ??
Родионов как раз довольно хорошо отозвался о моём стихотворении, и неважно (сначала) охарактеризовал Ваше.
Поэтому я (более, чем за своё стихотворение) вступился за недопустимость его поверхностных оценок всех произведений (включая Ваше, хотя лично моя оценка Вашего произведения больше негативная, нежели положительная, но совсем по другим, чисто литературным основаниям).
Сразу же после моего замечания по этому поводу, Дм. Родионов (понятно почему!) признал Ваше произведение и рецензию на него Глейзера замечательными. Признал и признал. Бог с ним.
Но в таких условиях вопрос об охаивании конкурсного произведения на этапе его всеобщего обсуждения становится принципиальным. Поэтому-то Вы вполне справедливо и вступились за своё произведение (как охаянное), но по пути, в качестве «доказательства», «лягнули» моё.
Я конечно не могу заставить Вас объясниться по поводу Вашей лягательной «оценки» моего стихотворения (для возникновения которой я не давал Вам никакого повода), но заставить Вас сделать это должна Ваша совесть.
Ещё раз повторю, что дело не в Родионове и в моей полемике с ним (Вы и Ваше произведение никаким образом в этой полемике не затронуты)
Дело именно в Вашем бездоказательном охаивании моего стихотворения.
Надеюсь на понимание и предметный ответ.
С уважением
.