Альтернативная Библия.
( начало «Вечно живущий»)
Предисловие.
Уважаемые читатели и коллеги писатели. Я начинаю выкладывать в «Новых произведениях» части моей четвертой книги «Мир без Бога». Полное название всей книги «Альтернативная Библия».
Первая часть называется «Вечно живущий», вторая «Боги не отбрасывают тени», третья «Путь Бога». Предполагается и пятая, заключительная часть.
Все эти части можно найти на моей странице на данном портале.
Эти книги в стиле историко-философского фэнтези. Речь идет о человеке, познавшем горе и боль на земле, и обвинившем во всем Создателя. После смерти его душа попадает к Творцу. И тот предлагает провести что-то вроде виртуального эксперимента, то есть самому стать альтернативным Богом. После этого, с новым богом Звениславом происходит множество невероятных событий. Он все ищет, как можно дать счастье людям, избежать ошибок.
В первой части действие происходит своеобразном раю, который на самом деле ближе к Чистилищу, поскольку души еще окончательно не определились с выбором. Во второй части «Боги не отбрасывают тени», Звенислав становится владыкой ада.
В третьей части «Путь Бога», он снова на земле, и, наконец, пред вами четвертая часть.
За это время меняется сам Звенислав, да и не только он, но и сам Творец. Меняются некоторые люди. Другие же остаются прежними.
Если кто-то захочет прочитать все полностью – милости прошу на мою страницу. С кусками же произведения можно познакомится здесь.
С уважением, автор, Злата Рапова
Часть I V.
Мир без Бога.
№ 4.
***
Средневековый город жил своей обычной жизнью. Узенькие улочки, вымощенные кое-как булыжником, на котором так часто ломали себе ноги и кони и пешеходы. Зловонные переулки, в которые сливали содержимое своих ночных горшков, и выбрасывали помои жители. Странно, в Риме ( городе Ромула – «Roma» почему-то давным-давно научились делать стоки, канализацию. В Константинополе, было другое чудо – водохранилище с чистейшей водой, запасов которой с учетом даже возможной осады города, должно было хватить на три года. Это притом, что Константинополь стоял на море! Вода-то в нем была соленой. Умели что-то делать люди!
А тут. Вроде, у римлян учились и дороги строить, и канализацию прокладывать, однако, не нужно было это рядовому средневековому жителю. И их королям, вероятно. Хотя, куртуазные, просвещенные короли, не могли не знать, что гниль, отбросы, зловонье – это источник болезней, эпидемий. От которых и они сами, короли великие и великолепные не застрахованы.
Но нет, все равно сливали всю грязь на мостовую. Но не ходить же по колено в канализации, как энтузиасты диггеры. Поэтому и придумали горожане моду – огромные каблуки –платформы, которые возносили их над мирской суетой и нечистотами. Каблуками так увлеклись, что каждый старался перещеголять друг друга. Кончилось это, конечно же, тем, что горожане, чтобы просто устоять на этих ходулях, хватались друг за друга, сталкивались. Вместе падали в зловонные лужи. И, наконец, попадали под экипажи. Поэтому король и издал указ, по которому высота каблука не могла превышать 22 см. Вы когда-нибудь пробовали ходить на таком? Нет, не только мужчины, их я даже в расчет не беру, хотя бы женщины. У нас сейчас такие не выпускают. И 12 см каблук выглядит весьма вызывающим. На нем не то, что ходить – стоять сложно. Но король, согласитесь, подошел к проблеме радикально. Может, опыт позаимствовать? И сразу отпадает необходимость в дворниках, а заодно и не будет жалобы в судебные инстанции, типа: поскользнулся, упал, … конец вы знаете.
Кстати, история с каблуками была весьма реальной. И подписал такой указ король Генрих VIII. Впрочем, он немало и других указов подписал, актуальных и в наше время. Например, о сиротских приютах. Или о том, что милостыню могут просить только нетрудоспособные. Остальных же надо определять на работу.
Так вот, в средневековом городе вечерело. При свете факелов проехали глашатае, объявляя о закрытии городских ворот. Впрочем, все и так порядок знали – как солнце исчезает за горизонтом, ворота закрываются. Не успел – будешь ночевать на травке у городского рва на поживу разбойникам.
Горожане спешно заканчивали дневные дела. Бабушки рассказывали внукам сказки на ночь. Обязательно про прекрасных принцесс и доблестных рыцарей. Пусть малышам снятся красивые сны, пока они не столкнулись с жестокой действительностью.
И в это время Звенислав вместе со своей вопящей когортой богов, натолкнулся-таки на железную решетку, отделяющую их от долгожданной свободы.
***
На песчанике замки горели,
Осыпались, седели средь пира.
А иначе твои Пиренеи
Стали б лучшими войнами мира.
Над орлами небесные войны.
Разлились каменистые реки.
И Андорру минуют все бойни,
Будь желанье на то человека.
Но стадам ненавистна свобода.
И величье нырнет в облака.
Нет, не будет такого народа,
Кто поставит на службу века.
16 авг. 2005.
Рэм долго совещался со старым воином, и, наконец, придя к взаимоприемлемому решению, они разошлись. Рэм снова пошел вдоль колонны. Подбадривая отстающих, находя добрые слова для утративших веру, интересуясь здоровьем захворавших.
Что до старого бойца, он остановился и, прищурив опытный глаз, стал приглядываться к бредущим по дороге, или едущих на тощих лошаденках. Время от времени, он делал взмах рукой и от колонны отделялся какой-либо молодец, а то и сильная девица – тогда еще не было мифа о превосходстве мужчин. Когда люди остановились на привал, группа закаленного бойца, которого звали Гром, устроилась отдельно, поджидая, когда к ним присоединиться их молодой король. Рэм не замедлил явиться, и вопросительно взглянул на предводителя ватаги. «Все, как сказано было.» — лаконично отчитался тот. А потом продолжил: «Вот, знакомься – это Григ – был кузнецом, потом пошел в разбойники. Лучше его палицей никто махать не умеет.» «А почему кузнецом-то не работалось? Зачем людей грабить решил?» — строго поинтересовался Рэм. «Так какой-то щенок-вельможа девушку мою опозорил. А рассчитаться с ним никак – его такая стража охраняет!» — возмущенно проорал бывший кузнец. «А на порченной ты, значит, жениться не захотел!» — еще строже нахмурил брови Рэм. «Я?! Д а! Да за нее!!» — кузнец аж словами подавился: «Да вот только она сама утопилась. Мать у нее строгая. Сказала, что из дома выгонит, и никому она больше не нужна. И мне тоже.» — кажется, на глазах здорового детины даже слезы появились. «Хорошо, хорошо, убедил. Беру в команду.» — поспешно промолвил Рэм. И повернулся к следующему. Это была стройная девушка с длинной золотистой косой. Представилась она сама: «Меня Айна зовут. Мама умерла, когда мне и года не было. Отец – когда было около восьми. В деревне родни у меня больше не было, вот меня и прогнали. Попрошайничала. Потом в лес забрела, хотела вешаться, да разбойники в ученицы взяли. Честные были люди, ты не думай.» — строго взглянула она на Рэма. Рэм про себя тихо усмехнулся, прикинув двойной смысл ее высказывания, но кивнул понимающе: «А делать что умеешь?» В ответ девица мгновенно вытянула нож из голенища, и он, свистя, врезался в ствол дерева над головой Рэма. «Стрельбу из лука демонстрировать?» — деловито поинтересовалась Айна, но Рэм поверил ей на слово.
«А это Филипп.» — предводитель небольшого отряда выдвинул вперед красивого юношу, уж слишком хорошо одетого и экипированного, так что Рэм сразу ощетинился: «Ну, а ты, барский сынок, как сюда попал?» «Это ты верно сказал, самозваный король, сынок я барский!» — так же дерзко ответил юноша. «Так зачем за мной потащился? Или шпионишь?!» — разозлился Рэм, чувствуя неприязнь к нахальному барчуку. «Ты, погоди, не кипятись.» — положил примирительно руку на плечо Рэма Гром: «И ты остынь!» — прикрикнул он на юношу. … Я сам расскажу. На моих глазах дело было. Парень этот сын и наследник великого герцога. До недавнего времени все шло нормально. Видишь, какой он статный, и в боевой подготовке равных ему нет, и в грамоте. Да только не поделил его отец с соседом клок земли. А тот еще и за сестру его свататься решил. Сам жених – борода седая до колен. А ей еще 16-ти не исполнилось. Девица – в слезы. Герцог, понятно отказал. Тогда тот тип, барон он бы, вызывает герцога на дуэль. Но Филипп решил вместо отца пойти, у того подагра, на коня и не сядешь. И свалил старого барона. Да как на грех, тот так грохнулся головой, что сразу помер. Ну, тут уже сын барона мстить стал. Созвал свою родню, и обложили они герцогский замок. Пол года сопротивлялись защитники. Но замок все же пал. Старый герцог под конец уговорил сына бежать и отомстить, когда сможет. Я сам был среди защитников, и не приведи тебе увидеть, что там творилось после захвата. А голова герцога на пику была насажена». — Так закончил рассказ старый войн. А Филипп молчал. Стоял, окаменев. «Ну, а от меня, что ты хочешь? Ты же меня самозванцем считаешь?» — спросил у него Рэм. «Если ты и вправду королем станешь, прошу у тебя справедливости!» — пылко воскликнул юноша. «Ладно. Всему свое время. Будет корона, будет и справедливость.» — решил Рэм: «А пока, будешь первым замом нашего Грома, которого я назначаю главой армии. Да не смотрите, что нас пока отряд малый. В легионы вырастем. Только служите верно!» Все вдохновенно поклялись.
А на следующий день проводник показал Рэму синеющие впереди горы: «Вот куда я тебя вел. Тут кольцо из семи гор. Никто не пройдет. А внутри долина. И если сделать бастионы на горах, входы и выходы, то запрешь ты этот район наглухо, а тут где по тропкам, где в обход, караваны со всего света идут. Так и станет твое государство самым уважаемым, богатым, сильным.»
Люди, прислушивающиеся к разговору, загомонили: «Эй, куда привел! Да тут же горный козел не проскочит! Или предлагаешь нам, как гномам, землю рыть? Где жить-то здесь? Не посадишь ничего. Земля, смотри, какая негодная!» — запричитали люди. А Рэм к тому моменту уже прикинул: так, здесь мы пророем тоннель, никто о нем знать не будет. Секретный лаз для войны. Здесь проложим дорогу, но перекроем ее башнями-близнецами с рвом и мощной решеткой. В ров колья натыкаем. По линии гор укрепления построим. Да и сами горы будут крепостью. А в центре будет цитадель. Ее мы будем не из местного песчаника строить, а из булыжника и гранита. Придется везти из дальних краев. Работы немало. Но зато, правда, королевство такое еще никто не строил. И все, кто захочет из одной части равнины в другую пройти, должны будут платить нам пошлину…. Последнее и сказал Рэм приунывшим людям: «Но поработать придется! Зато потом в золоте купаться будем!»
Народ поворчал, но не сильно. К работе не привыкать. А тут, и правда, такая каменная твердыня уже природой устроена. Ничего в ней страшно не будет.
***
Когда огни потухли в засыпающем городе, на самом краю, около древней, построенной неизвестно кем, полуразрушенной башни, начали собираться люди. В основном это были молодые мужчины и женщины, но встречались и пожилые. Детей не было. Все они были в темной одежде с отличительной полосой – белая ленточка болталась на груди или шапке. Не было пока предводителя, но люди вели себя тихо, как заговорщики, кем они, собственно, и были.
И вот пришел седовласый старик. Он, в отличие от остальных, был в белом балахоне, с черной лентой. Немощный с виду, он, шустро вскарабкался на верх старой крепости и провел потайным ходом своих людей в центр башни.
«Знаете ли, зачем я позвал вас сегодня, дети мои?» — провозгласил ритуальную фразу старик. И все хором ответили: «Знаем.»
«Мерзость и грехопадение всегда было в нашем городе, но сейчас творятся дела невиданные! Нашего короля, пусть, он нечестив и грешен, но все же, не так уж и обижает…- старик сделал паузу, а все поспешно закивали – так вот нашего короля хочет свергнуть самозваный Бог! Вы только вслушайтесь, дети мои, Бог! Он Богом себя провозглашает!» Толпа ахнула. «И вот захватил он соседнее королевство и теперь грозит нас всех испепелить.» «Но, отче, — послышался несмелый голос из задних рядов, — если он не Бог, то он ничего не сделает, правда? Ну, повоюем. Мало ли с соседями воевали. А если бог, то пред ним колени преклонить надо, так ведь учат.» Старик, задохнувшись от гнева, некоторое время глотал ртом воздух, не способный ответить этой святой наивности, а потом голос его загремел: «Богу, значит, поклониться надо? Так учат? А каков он должен быть, Бог? Ответьте мне!» «Ну, могучим, добрым, грозным, справедливым» — послышались эпитеты. «Так, значит, Бога надо бояться?» — вопросил старик. «Ну, да, конечно.» — отвечали, сбитые с толку люди. «А чем же он тогда от дьявола-то отличается?!» — закричал во всю мощь своих легких старик так, что люди отшатнулись от него, а некоторые попадали на колени, закрыв головы руками, опасаясь немедленного гнева высших сил. Старик, тем временем, продолжал: «А, может Бога надо любить?» «Да.» – прошелестела паства в ответ. «Так любить или бояться? Ибо нет большего антипода, чем страх и любовь. Страх равен ненависти.» Люди молчали.
В это время в зловонной дыре, прислонившись к холодному камню, рыдал Император: «Я их создал, а они… Да как посмели! Как? Меня? В тюрьму? В грязь? И кто-то еще мое имя присвоил?» «А какими ты их создал?» — разозлился Звенислав: «Злыми, корыстными? Неблагодарными? И все это по твоему образу и подобию? Ты этому их учил? Нет? А что ты в них воспитывал? Жестокость? Вспомни Каина. Это ведь ты виноват, что он к брату приревновал. Зависти ты людей научил.
Или покорности ты их учил? Жертвоприношения.
Яблоко кто в саду вырастил? Да любому ребенку скажи – эту коробку не бери, знаешь, что он в первую очередь сделает? Значит, и искушение твоих рук дело. А Хам. Он виноват, что не таким дураком, как его братья оказался? А отец его, Ной, с чего пьянка-то пошла? А потоп, которым ты и виновных, и невинных покарал. А смерть? А страх смерти? Неведение? И, наконец, ради чего ты пожертвовал сыном? Чтобы костры инквизиции зажечь? Ну и отец же ты» — сплюнул Звенислав в сторону мокрого Императора и вытащил из кармана заветный ножичек. Император шарахнулся. Звенислав сначала не понял, чего он, а потом захохотал: «Да не собираюсь я тебя убивать. Вот видишь. Сейчас все мы равны, смертны. Это хорошее испытание для тебя. Помнишь, на землю хотел спуститься? Но, конечно же, в своем могуществе и славе. А теперь сидишь как мокрая крыса и страшишься каждого шороха. Нет, все правильно. Нужно было тебе это испытание. Ты только представь, сколько людей в разных веках были в таком же положении. А за что? Но все же хватит разглагольствовать, пора выбираться. Мы еще не знаем, на что наш новоявленный бог и хозяин способен.» — и начал отвинчивать проржавевшие болты на решетке.
