Глава 10: Перемещение на Землю.
Добрый воин не желает
смерти своему противнику.
Он желает ему долгой
и мучительной жизни…
древняя кроносская пословица
Медленно, но верно Реллина приближалась к Лене. Она была в облегающем черном костюме, с кинжалом за поясом и чем-то напоминала ниндзя, как их обычно изображают на картинках. Эта женщина не скрывала улыбки, когда переступала через тела погибших. Но она была очень недовольна тем, что солдаты Кроненберга были околдованы духом Миражей. На нее этот дух не действовал.
Лена лихорадочно соображала, что девушка Брава делает в Бергенгенде. Ее озарила внезапная догадка:
— Ты шпионка?! Да? Ты ведь втерлась в доверие господину Браву, влюбила его в себя и заставила его рассказать тебе все об операции, так?
Реллина загадочно улыбнулась. «Практически так, догадливая ты моя», — издевательским тоном ответила шпионка. Лена оглянулась по сторонам: теперь она жалела, что отряд СООБЩ находится в нерабочем состоянии. Если дойдет до боя, сражаться с Реллиной придется один на один.
— Не стала бы на твоем месте притрагиваться к Венцу, — насмешливо посоветовала Реллина. — Впрочем, как знаешь. И вообще, чем ты недовольна? Королем-то стал ваш человек, как вы и хотели.
— Что ты задумала?
— Да так. Что сразу я? Всего лишь хочу дать дружеский совет. По старой памяти.
— По старой? — уточнила Лена, которой больше ничего не оставалось, как задавать вопросы. Нападать первой она не собиралась.
— Да, Неолина.
Реллина произнесла это так знакомо, так зловеще, что Лена стала догадываться… Она вспомнила об одном человеке. Но выглядел он совсем по-другому. Между тем шпионка приблизилась к Лене еще на несколько шагов. Она все так же выжидающе смотрела на нее и улыбалась. После некоторого молчания она произнесла:
— У тебя больше нет идей насчет того, кто я? Было бы любопытно послушать.
Лена не ответила. Она понятия не имела, кто такая Реллина, если она на самом деле не Реллина. Лена Рощина просто приготовилась обороняться. Все остальные в зале все так же находились под властью духа и не слышали разговор двух умопомрачительно красивых девушек, готовых поубивать друг друга.
— Ладно, — «пожалела» Лену Реллина, — я тебе скажу. А то будет обидно, если ты умрешь, так и не узнав моего настоящего имени. Меня зовут…
— Мерлина Крест? — ляпнула Лена. Она бы не удивилась, если бы та вдруг оказалась жива.
— И да, и нет. Но я действительно была Мерлиной в прошлый раз. А еще Черной Мери, а еще Магическим снайпером…помнится, так ты меня раньше называла, когда была в доброй памяти.
Лене вдруг сделалось по-настоящему страшно. Что же это за женщина, что она постоянно воскресает из мертвых?! А ведь это, наверняка, была она в том видении, где Неолина убивает кого-то «смертельным лезвием».
— Раз мы разобрались, я думаю, можно и заканчивать с этим. ЛАБИОГУМ КЕСТ ТОРРУСЗ!
В руках Мерлины материализовался длинный черный дротик, который уже через мгновенье летел по направлению к цели. Лена мысленно благодарила господина Ара за выработанную реакцию: она успела уклониться, и, к счастью, дротик не был самонаводящимся.
— Получи сама свой дротик себе в глаз!
Пародия на копье тут же развернулась и полетела к своей хозяйке. Желание Лены не исполнилось: Реллина успела отбросить его простым щелчком пальцев. В это время Неолина уже пожелала, чтобы у нее в руках появился огненный шар.
— О, ты уже шарики заряжать умеешь. А тебя новые родители не учили, что детям опасно играть с огнем?
Лена молча разглядывала свой огненный шар. «Я уподобляюсь этой…женщине», — с негодованием подумала она. Не решившись швырнуть его в живого человека (тем более на Реллину это все рано не действует, она же воскресла), она спалила деревянные двери, вход в Малый тронный зал.
— Нехорошо так с дверями обращаться, — укорила ее Черная Мери. — И с магией тоже.
Пока она заговаривала Лене зубы, то успела метнуть в нее длинную, напоминающую змею, нить, которая тут же обвилась вокруг шеи Неолины и превратилась в блокиратор магии.
— Нравиться ожерелье? Теперь можно и поговорить спокойно. Разумеется, я все еще хочу тебя убить. Желательно забрать твою силу. И самое лучшее, если ты больше никогда не возродишься, а то плохая у тебя развилась привычка.
— И как ты собираешься, это сделать, если я больше не подвержена магии.
— Не волнуйся, я все учла. Теперь не будет банальных ядов или угроз холодным оружием. Проще довести тебя до обморока или просто ударить чем-нибудь тяжелым. Но это будет слишком не эстетично, к тому же ты неплохо дерешься, чтобы мне противостоять. Конечно, ты же так молода, должна быть в отличной форме…
— Так по чему бы нам ни сразиться по-честному? В смысле, как магичка с магичкой?
Слова Лены очень позабавили Магическую снайпершу. Она вообще была на редкость в хорошем расположении духа.
— Можно задать вопрос?— выпалила Лена, мысленно пытаясь побороть действие анти-волшебной веревки.
— Валяй.
— Почему ты подпустила наш отряд так близко? Мы же почти у цели. А ты знала об операции.
— Это было весело, — беззаботно ответила Реллина. — К тому же, как видишь, и мы хорошо подготовились. Я специально усилила защиту Личной Охраны Кроненберга, чтобы они были практически неуязвимы. Результатом этой неравной борьбы стало, ну ты сама видишь.
Мерлина Крест указала взглядом на беспомощный отряд СООБЩ и его потери.
Лена тоже посмотрела на них. Ей захотелось прогнать Дух миражей, но ее желание было остановлено злосчастной веревкой.
— Я знаю, какая магия может поразить, даже не смотря на придуманную мной безделушку. Заклинание Ина тебе ничего не говорит?
— Инна?
— Ина, дурочка. Такое маленькое, светленькое, отвечающее практически за все в конкретном воплощении. Твое тело мне еще могло бы пригодиться, а вот от ина придется избавиться.
— Ты не посмеешь! — Лена яростно бросилась на соперницу, но не смогла ее ударить — та окружила себя мощным защитным экраном.
— Спасибо, что сама ко мне подошла, — поблагодарила Реллина. Она дернула Лену за руку, и браслет Неолины оказался у нее. «Я давно догадывалась. С тех пор, как мне доложили, что она неразлучна с этим артефактом», — Лена смогла уловить мысли Черной Мери, находясь в непосредственной близости к ней. Без браслета Лена почувствовала себя неважно, словно от нее отделилась какая-то часть. Между тем, Мерлина внимательно осматривала доставшуюся ее вещицу. Поводив по драгоценным камням пальцем, рассмотрев его искусный узор, она переключилась на внутреннюю сторону браслета. Ее глаза засияли от радости — она нашла то, что искала.
— Теперь я знаю твое настоящее имя. Не делай резких движений, я буду тебя убивать, — рассмеялась Мерлина, сильно пнув девушку ногой. Пока та поднималась с пола, волшебница уже начала произносить заклинание:
— КЕСТУМ ИН ФЕНХЕЛЬ, КЕСТУМ ЛЕРИНИ, КЕСТУМ…
Лена почувствовала страшную боль, как будто ее разрывали на множество кусочков. Если бы она, как и Паулина, знала, что такое дематериализация, у нее бы возникла именно такая ассоциация. Глаза заволокло черным туманом, органы чувств словно отключились, она снова упала на пол, не ощущая своих рук, ног, всего тела…
Девушка поднялась и увидела перед собой волшебницу, стоящую почему-то к ней спиной, которая прекратила выкрикивать заклинание и с гордостью смотрела на то, что она совершила. Через некоторое время Лена тоже смогла это увидеть. Она выглянула из-за спины своего врага и посмотрела на собственный труп…
Это было тело молодой красивой девушки, супер-волшебницы и героини планеты Кронос. Мертвая Неолина. Лена от неожиданности чуть не вскрикнула, но вовремя остановилась. Ей не хотелось выдавать себя, чтобы Черная Мери не оборачивалась, хотя не была полностью уверена, что эта довольно сильная волшебница все же могла бы услышать привидение. Кем же еще ей, Лене, быть, если ее только что убили заклинанием?
Оглядев себя, она поняла, что все же не является призраком. У нее было какое-никакое материальное тело, но теперь она была просто Леной Рощиной, тринадцатилетней девочкой, чувствующей себя здесь, в Тронном зале, совершенно неуместной. Она была в школьной форме, в которой в прошлый раз проходила через Темные Врата. Лене не терпелось проверить, способна ли она творить чудеса или это свойство погибло вместе с ином волшебницы. «Дух Миражей, уходи!», — настойчиво просила она в мыслях, но ничего нового не происходило.
Ей на помощь пришла Мерлина Крест. Как ни странно, но у нее возникла та же мысль.
— КТАУЛУМ КЕБЕ РАДИЙА ТЕЛЛЕМ ИЗУР!
Дух Миражей свернулся в маленький, неприметный шарик, и, разбив один из витражей, стремительно вылетел из Зала. Солдаты Кроненберга, и лигвантцы постепенно начали приходить в норму. Многие, судя по отупевшему выражению лица, вообще не поняли, что произошло. Жизелла была одной из тех, кто знал все о Духах, хоть и не имел к ним иммунитета. Но сейчас ее волновал совсем не Дух, и даже не Андрон, изменившийся под действием Венца, и не сиротливо стоящий у колонны куб для казни, о котором в любой момент могут вспомнить… Она посмотрела на тело Неолины, на неизвестную волшебницу в черном костюме и на Лену, выглядывающую у нее из-за спины и не могла ничего понять… Еще больше нее были обескуражены те, кто присутствовал на вечернике перед операцией и узнал теперь Неолину и Реллину, а девочку-подростка никогда в глаза не видел. Только Томарис, стоящий рядом с Димом и двумя вооруженными солдатами из Личной Охраны Кроненберга уже видел всех троих ранее. Вот уж кому надо удивляться…
Похоже, только Мерлина и не знала, кто стоит позади нее. Ей просто было не до этого, она чувствовала себя могущественной и непобедимой.
— Ну что, Андрон, мой мальчик, ты собираешься напомнить своим подданным о казни? Видишь, я уже облегчила им дело на одного человека.
Андрон кивнул. Он почему-то не заметил Лену, по крайней мере, не обращал на нее никакого внимания. Хотя она в это время отчаянно жестикулировала: показывала что-то прямоугольной, вытянутой формы, довольно больших размеров, и изобразила, как что-то на себя потянула и шагнула куда-то. Человек, которому она на что-то пыталась намекнуть, прекрасно ее понял. Вскоре Жизелла уже раздавала приказы ментальными посылами каждому члену отряда СООБЩ, включая господина Брава, хотя не была выше его по рангу.
Маленькими шагами, осторожно, так, чтобы Черные Монахи и Солдаты Кроненберга ничего не заподозрили, маги и воины начали перестраиваться. Они стремились образовать правильный круг. Когда до их противников, наконец, дошло, что они замышляют, Жизелла применила магию на своих подчиненных: расставила их по кругу сама, пока было еще не поздно. Господин Брав знаком указал своим солдатам самим пробежать на свои места, прокладывая себе путь оружием: пусть она не может убить никого из Личной Охраны, но способно их оттолкнуть. Томарис и Дим поступали так же, участвуя в построении круга.
Андрон и Паулина абсолютно ничего не понимали и не предпринимали. Черная Мери похоже тоже не знала, что задумали странные лигвантцы, почему им хочется умереть именно в хороводе… Но она неистовствовала, призывая Черных Монахов помешать изменникам, что бы они не замышляли.
Завязался бой: солдаты Кроненберга дрались с воинами Красного меча, Черные Монахи сражались против магов Пурпурного шара. Но схватка была быстротечной: лигвантцы умело защищались и умудрились, в конце концов, взяться за руки, создав действительно что-то похожее на хоровод.
Лена знала, что Мерлина придумает что-нибудь еще, чтобы помешать осуществиться плану. Она стремилась найти какое-то решение: осмотрела Зал в поисках чего-то подходящего. И тут, какая удача, она увидела черный дротик, который отбросила Реллина, лежащий у одной из колонн. Надо было только достать его, пройти, а еше лучше неслышно проползти совсем чуть-чуть. Но в то самое время, как девочка осторожно опустилась на колени, ее и заметила Мерлина Крест.
— Ах, вот оно что! Вас, оказывается, двое! Но почему? У тебя не может быть два ина, это невозможно…
— Все возможно, — отрезала Лена, радуясь, что Черная Мери, по крайней мере, отвлеклась от лигвантцев, образовавших круг, в частности от магов, начавших бормотать заклинание. Сама она пока не теряла надежды заполучить дротик, так как теперь не имела возможности наколдовать свой, несмотря на то, что блокиратор магии остался на теле Неолины.
— Ладно. Все можно исправить. Я расправилась с ней, расправлюсь и с тобой. Может быть, ты и сможешь возродиться еще раз, но я, по крайней мере, отстрочу нашу следующую встречу.
Сказав это, она произнесла короткое заклинание, и в руках у нее появилось тонкое, блестящее, состоящее из чистой энергии и потому невидимое для многих, смертельное лезвие. Лена уже видела его раньше.
— Как насчет твоего собственного оружия, Неолина? — снова решила поговорить Мерлина. — За эти годы я поняла, как ты это делаешь.
— Долго же до тебя доходило… — выдохнула Лена и сделала отчаянный рывок в сторону дротика. Каким-то образом, он сам оказался у нее в руках. Девочка метнула его в то же самое время, как в нее полетело лезвие. Они столкнулись, и лезвие смерти, несмотря на его нематериальность, рикошетом ударило в Реллину. Дротик же Лены до нее не долетел: он развалился от столкновения.
Когда страшное оружие вонзилось в Черную Мери, она упала на мраморный пол, но не умерла, и даже смогла говорить.
— Меня невозможно убить, не раз уже пытались. Ты сама пронзала меня мечом, смертельным лезвием, сыпала заклинаниями, даже сжигала огнем, но я всегда буду жить. По крайней мере, дольше, чем обычный смертный. Скоро я снова смогу встать и восстановлю силы! МЕНЯ НЕВОЗМОЖНО УБИТЬ!!! Хотя ты наверняка так этого хочешь, не так ли?
— Нет, почему же, я очень хочу, чтобы ты жила! Живи и мучайся, — мстительно сказала Лена Рощина, убедившись, что маги Лигванта все сделали правильно — за спиной Мерлины (а также Черной Мери, Реллины, Магического снайпера…) появились Сияющие врата!
Осталось только довести дело до конца.
— Томарис, Дим, кто-нибудь, помогите мне втолкнуть ее в эту дверь.
— Нельзя, Лена, они не должны пока выходить из круга, — огорчила ее Жизелла.
Пришлось все делать самой. Взвалив на себя тяжелый груз в лице злой волшебницы и шпионки, Лена открыла невзрачную деревянную дверь, просто так зависшую в воздухе. Яркое свечение на мгновение ослепило ее. Лена подтолкнула беспомощную Реллину внутрь. Сияющие Врата приняли ее. Дверь исчезла.
Все закончилось.
Солдаты Кроненберга и Черные монахи больше не решались напасть. Лигвантцы выходили из круга. Многие подходили к своим павшим собратьям, надеясь, что те просто ранены. Одного такого удалось найти, он просто лежал без сознания. Прочих оставалось только оплакивать…
Лена посмотрела на Андрона. В нем снова что-то изменилось: взгляд стал более осмысленным, выражение лица растерянным и даже испуганным. Он отпустил Паулину, дрожащими руками снял Венец Кроненберга и с трудом поднялся с трона. Видимо, Венец не только влиял на его характер, но и отбирал силы.
Новый король (так как он все еще был мужем Паулины) взял Венец в руки и направился к отряду СООБЩ, точнее к Лене Рощиной. Поначалу ему хотели преградить дорогу, погрозили оружием, но Жизелла попросила Брава дать приказ своим воинам пропустить Андрона. Тот сделал это, и солдаты Красного меча расступились, уступая дорогу.
Андрон подошел к Лене. У нее уже не оставалось сомнений, что он стал прежним. Король протянул Венец девочке и заговорил:
— Э-э… Лена? Ты уже снова поменяла облик? Что произошло? Я ничего не помню с тех пор, как взял Венец из рук Кроненберга. Глава Белого Щита говорил, что надо отдать его тебе, пока не придет делегация Совета. Вот, держи.
Услышав это, Паулина бросилась к своему мужу. Крепко обняв его, она все еще пристально смотрела ему в глаза, опасаясь, что он оттолкнет ее. О том, что с ним произошло, Паула решила не рассказывать, по крайней мере, пока. Все остальные про себя с ней согласились. Ни у кого больше не оставалось сомнений, что Андроном управлял Венец.
Лена держала в руках Венец Кроненберга. Этот тяжелый, инкрустированный драгоценными камнями, по-своему красивый головной убор был непременным атрибутом правления целой династии королей, родоначальник которых подчинил себе Кронос, целую планету, а, по данным Лигванта, недавно к этим владениям присоединился еще и Рео. Эта странная шапка, казалось, была причиной всех бед и несчастий на этой планете. Она подчиняла себе королей, которые в свою очередь управляли подданными. Из этого можно сделать вывод, что именно Венец правил Кроносом. И что теперь делать с этим «артефактом»? Ах, да, передать Совету…
— Пора, — прошептала лена. Жизелла поняла, что она имела в виду. Тут же было отправлено ментальное сообщение господину Герману, что он может войти во дворец.
Лена спохватилась, что солдаты Кроненберга могут его не пропустить. Надо было отдать им приказ, а как это сделать, не надевая Венец. Все же девочка обратилась к Андрону с просьбой присмирить свою Охрану. Воины Личной Охраны были в недоумении: настроение их правителя менялось ежесекундно. К тому же, по традиции «У кого корона, тот и правит», а сейчас она была у какой-то девчонки, бывшей явно на стороне изменников.
Только когда Паулина повторила приказ, они подчинились, признав в ней полноправную правительницу по крови, хоть и без Венца. Итак, солдаты Кроненберга больше не были проблемой, они вообще решили, что тут некого охранять и ушли, вскоре и Черные Монахи признали новую власть и удалились, прихватив с собой куб для дематериализации. В Малом тронном зале остались только СООБЩ-ники.
— Отнесите павших братьев в Подземный зал, позже мы простимся с ними, — велел своим воинам господин Брав. Он понимал, что нужно приготовить Зал для делегации Совета. Солдаты Красного меча вскоре вынесли тела и вернулись. Жизелла телепортировала тело Кроненберга в Усыпальню на нижнем этаже Бергенгенда.
К этому времени в Берегенгенд уже вошел господин Герман. Его сопровождал еще один отряд Красного меча, выделенный под его личное командование как Главе Белого щита. Они вошли во дворец через главный вход, не встретив сопротивления со стороны солдат Кроненберга.
Представители Совета Тайных поселений и Совета Лигванта телепортировали прямо в Малый тронный зал, так как Жизелла уже сняла антипроникающий экран, от которого можно было избавиться, только уже находясь на территории, защищенной этим экраном. В Малом тронном зале становилось слишком тесно…
— Воины и маги выполнили свою задачу, — сказал господин Брав. — Их можно отпустить.
Жизелла кивнула. Люди Красного меча и Пурпурного шара покорно покинули Зал. Но Дима и Томариса остановили, им необходимо было остаться, хотя бы для того, чтобы доложить о том, что резервный отряд не найден.
Лене тоже не дали уйти. Она уж хотела куда-нибудь исчезнуть, но Жизелла не позволила. Почему-то было важно, чтобы именно Лена передала господину Герману Венец Кроненберга.
Малый тронный зал был довольно внушительных размеров, но даже он не мог вместить то количество народа, которое все прибывало и прибывало. Поэтому когда господин Герман все-таки добрался от входа до центральной части дворца, он предложил перейти в Большой торный зал для проведения экстренного заседания Совета. Все, в том числе и Лена, последовали за ним.
— Итак, этот день, наконец, настал! — торжественно начал господин Герман, когда все разместились в Большом тронном зале по оформлению идентичном с Малым. — Мы долго боролись за свободу и справедливость, против тирании незаконных правителей. И Высшие силы встали на сторону Тайных поселений! Теперь мы можем даже забыть даже об этом названии: «Тайные поселения», теперь они будут открыты, наравне с остальными городами Кроноса!
Раздались дружные аплодисменты и радостные возгласы.
— Временно планетой будет управлять Совет Кроноса, состоящий из управляющих Тайных поселений и Совета Лигванта. Попрошу их занять свои места.
Господин Герман указал на одинаковые красные стулья по обе стороны от трона, принесенные из других комнат. Из тех, кто усаживался на них, Лена узнала очень многих, присутствовавших на совещании перед операцией: руководителя Службы безопасности, Советника политологии, Начальника казначейства и, конечно, глав Синей книги, Красного меча и Пурпурного шара.
— В подтверждение особых полномочий Совета Кроноса прошу госпожу Рощину Елену Олеговну передать знак власти, Венец, разумеется, с согласия нынешних короля и королевы Кроноса, которые скоро уже перестанут быть таковыми. Правители Кроноса, чета Кронеберг, вы отказываетесь от власти в пользу Совета Кроноса.
— Да, мы отказываемся от власти в пользу Совета Кроноса, — хором ответили Андрон и Паулина. Господин Герман удовлетворенно кивнул.
— Госпожа Елена, Венец, пожалуйста.
Лена взволнованно несла Венец в вытянутых руках. Господин Герман принял его, но предусмотрительно надевать не стал (ему уже доложили о том, что случилось с Анлроном), а под одобрительные рукоплескания положил на пустой трон, показывая, что он принадлежит сразу всем, народу Кроноса, для которого больше нет короля.
Лена была рада избавиться от Венца. Она с облегчением вернулась в конец Зала, где стояла рядом с Томарисом и Димом.
— Итак, что же произошло в этот знаменательный день. В первую очередь сообщаю Вам, что Титанум Кроненберг, бывший правитель Кроноса, скоропостижно скончался сразу же после того, как лишился трона. Венец достался господину Андрону, который на тот момент уже состоял в браке с лицом королевской крови, госпожой Паулиной, состоявшей в сотрудничестве с организацией Белый щит. Господин Герман передал Венец полномочному представителю Белого щита, Рощиной Елене Олеговне, Неолине ФенХель. Теперь, как мы все уже знаем, Венец принадлежит народу, представляемому Советом Кроноса.
Ко времени нашего совещания отрядом воинов Белого щита уже были заняты важнейшие стратегические пункты города Берген, в числе которых можно упомянуть «Сокровищницу», казначейство Кровавого скипетра, резиденцию Алмазного Перстня, Кроносский Центр связи и транспорта и так далее. Таким образом, мы можем смело заявлять о нашей победе, победе, доставшейся непросто, но оправдывающей средства. Свобода и справедливость! Светлые времена! Теперь мы можем построить будущее Кроноса!
— За Кронос!
— За Лигвант!
— За Победу!
Эхом отразилось от высоких стен Зала. Лена была уверена, что эти слова еще не раз будут повторяться в тостах и торжественных речах. К тому же, лигвантцы рано или поздно догадаются отмечать этот день как всенародный праздник.
— Да, конечно, не просто досталась нам эта победа. Многие годы борьбы с деспотией и угнетением народа сопровождались страданием, горем, потерями…
В Зале все затихло.
— И сегодня у нас, к сожалению, имеются потери среди самых отважных и достойных представителей свободного народа. Это и резервный отряд Лигванта, который как нам доложили агенты Красного меча господин Томарис и господин Дим, были казнены ранее врагами, солдатами Кроненберга. Это и некоторые СООБЩ-ники, которые непосредственно участвовали в особо сложной операции, и воины отряда Белого щита, погибшие при штурме Военного управления, еще одного учреждения, за которые сегодня шел бой на улицах Бергена. Почтим память павших, хотя их тела еще не преданы Принимающему Туману. Мы всегда будем помнить тех, кто пожертвовал жизнью ради высшей цели, будущего Кроноса.
На некоторое время в Зале воцарилось тягостное молчание. Каждый честно старался думать о тех, кто проливал кровь ради того, чтобы он сейчас находился в этом Зале. Такой вот это противоречивый день: и праздник, и траур.
— Ну что ж. А сейчас необходимо предпринять срочные меры: правление Совета должно начаться с изменений к лучшему. Это будут не просто реформы и преобразования, это должны быть кардинальные изменения в законодательстве, судебной системе, экономике, обороне планеты…
— Это надолго, — услышала Лена голос Томариса. — И без нас они обойдутся. Может, смоемся отсюда, пока не поздно?
— А можно?
— А кто запретит? — резонно спросил Дим.
Лена вздохнула и потихоньку вышла вместе с ними из Зала.
— Ты можешь переместить нас в более уютное место? — поинтересовался Дим, когда они бесцельно шли по пустым коридорам Бергенгенда. Никто из обитателей замка, будь то Охрана, прислуга или приближенные к королю, если таковые в замке были, не осмеливались появляться там, где находились захватившие резиденцию короля революционеры.
— Нет, — вздохнула Лена. — Я, наверное, больше не смогу колдовать. Теперь, когда Неолина умерла…
— Так она все-таки погибла? — уточнил Томарис. — А то я не понял… Ты ведь это она, нет? Просто оболочка, тело, вроде как поносишь одно, потом другое…
— Не совсем. Насколько я поняла, Мерлина, та, которая пыталась меня убить, уничтожила ин Неолины, который был как-то связан и с ее телом. Так как ин, это все: и мысли, и чувства, все, что было у меня… в прошлой жизни, то я теперь навсегда лишена этого. И магия была частью знаний Неолины, а у меня самой ничего не получается…
— Выходит, ты больше не волшебница? — упростил Дим. — А нормальная девчонка?
— Выходит, что так, — вынуждена была признать Лена.
— Да не расстраивайся ты по этому поводу. Подумаешь, волшебство. Люди и без него неплохо живут. А все-таки я не понимаю… Та крыса, в смысле баба, что хотела тебя убить, она вообще кто? И почему когда ты с ней разобралась, мы как-то резко взяли и победили? Даже Андрон сразу в себя пришел, во как! А почему, а?
— Мне кажется, она управляла Венцом, — высказала свою догадку Лена. — Она сильная волшебница, возможно, способна на это. Тогда это объясняет, почему Андрон стал нормальным. Чары Мерлины иссякли, как только я отправила ее в астрал, фигурально выражаясь. В общем, через Сияющие врата.
— А так то есть она на самом деле правила? Повелевая всеми этими Кроненбергами? — вмешался Томарис.
— Ну а кто еще? Либо она, либо Венец сам по себе такой умный.
Дим улыбнулся. Томарис пожал плечами.
— Слушайте, а ведь вы спасли Паулину сегодня! Вот о чем надо поговорить. Как вам это удалось?
— О, мы действовали по отработанной системе… — воодушевленно начал Томарис.
— По отработанной?
— Да, причем проверенной на тебе, — подхватил Дим. — Помнишь, когда тебя посадили за колдовство? Том тогда принес тебе ключи.
— Вот и здесь также. Мы проникли в Бергенгенд, что само по себе было подвигом. К счастью Дим знает воровские приемчики, чтобы незаметно проходить мимо стражи, а я использовал кота для разведки. Потом…
— Я стырил у одного охранника ключи от темницы, куда временно поместили Паулину…
— А я просунул их сквозь маленькое окошко в двери. Потом мы еще с этими бугаями сражались. Кстати, принцесса, теперь, правда, уже не принцесса… так вот, у нее неплохо поставлен удар.
— Она классно дерется! Но этим солдатам хоть бы хны… Хорошо, что мы слинять успели… А пока они добежали, она уже заклинание прочла и замуж выскочила. Как тут ее схватишь, верно?
— Угу.
— Я тут еще кое-что не понял, — признался Дим. — Можно спросить?
— Спрашивай, — разрешила Лена.
— Что это было, когда вокруг меня всякие картинки замелькали? Я чуть с ума не сошел. Это сейчас понимаю, что ерунда все это. А тогда странно как-то было…
— Э…. ох… ну, забудь об этом, ладно?
Дим, Томарис и Лена дошли до Малого тронного зала, хоть и не ставили себе такой цели. Совещание Совета Кроноса все еще шло, компания не могла самостоятельно телепортировать, а выходить на улицу, где недавно шли бои за стратегические объекты, особо не хотелось. Юноши предложили найти какую-нибудь подходящую комнату, пересидеть до конца совещания. Причем желательно дойти до столовой или хотя бы гостиной, если таковые имеются. Лена уже была согласна пойти с ними искать трапезную, но неожиданно услышала: ЕЛЕНА. Голос доносился как раз из Малого тронного зала.
Каким-то шестым чувством она поняла, что должна войти туда, причем одна. «Вы идите, мальчики, — сказала Лена Диму и Томарису. — Найдете столовую, скажете». Юноши подозрительно на нее посмотрели, но не стали спорить. Хочет человек остаться один, пожалуйста…
Лена осторожно приоткрыла дверь Малого тронного зала. Он был абсолютно пуст, если не считать королевского трона и разбросанного на полу оружия. Черные мраморные стены и пол казались теперь особенно мрачными. Некоторые витражи были разбиты.
Девочка прошла по Злу до самого трона. Звук ее шагов эхом отражался от стен и потолка. Кое-где Лена заметила потеки крови. Вспомнив, что недавно здесь произошло, она дала волю эмоциям и зарыдала. Пытаясь остановить слезы, она закрыла лицо руками. Лена довольно долго (как ей показалось) так просидела на полу, то и дело вздрагивая и всхлипывая.
— Елена, — вновь раздался незнакомый, приятный мужской голос. Лена, наконец, вытерла слезы и подняла голову.
Она увидела перед собой невысокого мужчину лет пятидесяти, но с озорным юношеским огоньком в глазах. На нем была серая хламида, и пояс, сверкающий золотом. Человек приветливо улыбнулся Лене и снова заговорил.
— Меня зовут КалмоАдор, — представился он. — Я с Аанондегарда.
— С Острова Начала и Конца? — перевела Лена. Ее собеседник согласно кивнул.
— Это не совсем остров… — прошептал он. — Но на Кроносе его почему-то называют именно так, правильнее было бы «земля начала и конца».
— А где он находится?
— К сожалению, я не могу тебе сказать. Только тот, кого туда пригласят, может попасть туда.
— Как в Тайных поселениях? Та же система?
— Возможно, но до нас добраться гораздо сложнее. В любом случае, я пришел туда не за этим. — А за чем?
— Проститься с Неолиной. Она вот-вот должна появиться.
— Что?!
Но объяснять КалмоАдору ничего не пришлось. Посреди Зала медленно появлялось, переходя от полностью прозрачного состояния к обычному, прекрасное, но мертвенно бледное тело Неолины.
— Как живая, — заметил КалмоАдор и, поймав удивленный взгляд, Лены пояснил. — Это последнее появление Неолины. Потом она уже не появится… никогда. Проклятие МерРеллы до сих пор действует, Неолина продолжает мерцать. Но она не исчезнет, пока не передаст свою силу, привязывающую ее к этой планете. Эта сила теперь принадлежит тебе, Елена.
— Но ин Неолины уничтожен. Это сделала Мерлина… Стоп, вы сказали МерРелла?!
— Да, это ее настоящее имя. Впрочем, не совсем настоящее. Скорее третье. Каждый в Аанондегарде имеет по три имени: данное ему при рождении, данное ему при посвящении и выбранное им самим. МерРелла, это она так себя называла, и это означает «Черная госпожа». Я удивляюсь, как она не замахнулась на «ГардеРеллу», «королеву».
— А другие ее имена? — стало вдруг интересно Лене.
— Ну, я знаю ее второе имя: МанЛерини, любящая жизнь. Она настолько любит жизнь, что предпочитала способности возрождаться бессмертие. Впрочем, ты помешала этому. Теперь она родится заново, и уже не будет такой, какой ты ее узнала. Я думаю, она родится на Земле.
— Почему?
— У нее в руках был твой браслет. Браслет Неолины. На нем сохранился след предыдущего перемещения, а ты в последний раз перемещалась на Землю через Сияющие Врата.
— Плохо. Вдруг она и на Земле попытается меня убить?
— Это вряд ли. Ты же не помнила, что была Неолиной, когда жила на Земле, верно? А обратно тебя вернул браслет. Главное свойство этого артефакта в том, что он поддерживал связь межу двумя инами: твоим и Неолины, препятствуя как угнетению одного другим, так и раздвоению личности.
КалмоАдор немного помолчал. И потом снова начал:
— Нам надо спешить, пока тело Неолины не исчезло. Подойди к ней.
Лена нехотя подошла к своему собственному трупу.
— Теперь просто закрой глаза. Я все сделаю сам.
Лена закрыла глаза и услышала, как КалмоАдор быстро читает заклинание. Она не разобрала ни слова, но мужчина говорил так уверенно, словно это его родной язык. Между тем, приятное тепло растекалось по телу Лены. Перед глазами, хоть они были закрыты, она видела серебристо-зеленоватое свечение, воплощавшееся в мимолетные картины, мелькавшие перед внутренним взором, прямо как при контакте с Духом миражей.
Это продолжалось не больше минуты. Когда КалмоАдор разрешил Лене открыть глаза, она обнаружила, что тело Неолины исчезло.
— Вот и все. Запас силы пополнен. Это была не вся, остальная уже давно в твоем теле, твой эн (душа) разделила силу Неолины между двумя инами. Но теперь она вновь соединилась. Думаю, ты снова станешь такой же могущественной, как была Неолина на пике своих возможностей.
— Это значит, я снова могу загадывать желания?
— К сожалению, нет. Они исполнялись только потому, что твое подсознание, ин Неолины переводил твои мысли на язык заклинаний, митрийский язык. И от того, насколько точен был перевод, зависел результат заклинания. Возможно, тебе придется учить митрийский заново, если ты захочешь заниматься магией. Есть правда и другой вариант.
— Другой?
— Да. Кто знает, может быть, ты научишься работать непосредственно с Ени, энергией, силой, которая заложена в тебе, как, впрочем, и в каждом из нас. Уметь ее направлять — очень важно. Для этого обычно и используются заклинания, команды, выраженные в мыслеформах. Но можно работать и сразу, так сказать, с сырым материалом, — улыбнулся КалмоАдор.
— А я смогу колдовать на Земле?
— На Земле? Не могу сказать ничего определенного. Пока ты все равно не можешь, нигде. А дальше… как того захотят Высшие силы. Я совсем забыл, что тебе предстоит вернуться на Землю. Обычно при перемещениях между мирами у Странствующего забирается память и силы, но я думаю, для тебя можно сделать исключение. Особенно учитывая, какую услугу ты оказала Кроносу и Аанондегарду.
— А какую услугу я оказала Аанондегарду?
— Ты нашла и спасла МанЛерини, вывела ее на правильный путь. Это ведь она была изгнана из Аанондегарда за то, что использовала магию Древних сил, рассчитывая на бессмертие. После этого она часто использовала запрещенную магию, действуя против самих законов мироздания. Она тот маг, который пришел оттуда в Кронос, помимо Эндорта и тебя. И одной из твоих целей в Кроносе было найти и победить МерРелу, которая все это время была тайным правителем Кроноса. неплохо устроилась, надо сказать.
— Да, я поняла. А можно задать еще один вопрос?
— Спрашивай.
— Как Мерлина, то есть МерРела, смогла уничтожить мой ин? Она как-то использовала мой браслет…
— На внутренней стороне браслета было выгравировано твое первое имя. Оно закрепляло его магическое действие. А зная первое имя мага, можно воздействовать и на его ин.
— И какое это было имя, Вы знаете?
— Да, так случилось, что я знал первое имя Неолины. Я присутствовал на обряде, на котором его давали.
— И?
— Это ФенХель, что означает «Таинственная кровь».
— А что означает КалмоАдор?
— Указывающий путь. Сам не знаю, почему меня так называют, — улыбнулся маг Острова Начала и Конца… и телепортировал.
Вскоре за Леной пришли Дим и Томарис. Они сообщили ей, что Жизелла перенесет их в Лостеврн.
Праздник, плавно перешедший в откровенную пьянку, был в самом разгаре. За большим обеденным столом, вынесенным во двор на выложенную досками площадку, уместились двенадцать человек: Маргарет, Жизелла, Андрон и Паулина, Томарис, Дим, Ада, Лена Рощина, супруги Гарл и Глара, Ремес со своей девушкой и господин Герман, зашедший только на минутку.
На столе не было свободного места от многочисленных блюд и напитков, приготовленных на скорую руку присутствующими на празднике дамами. Для такого дела были частично опустошены кладовые, находящиеся в подвальном помещении красивого трехэтажного дома с пятью балконами и верандой. Это был дом Неолины в Лостеврне, куда прибыли участники операции, как только Жизелла их телепортировала.
Близилась ночь, и двор был освещен зависшими в воздухе фонарями, вокруг которых во всю кружила мошкара. Маргарет порывалась поймать пару бабочек, полетавших к огню, так как знала отличный рецепт с их применением, но бабочки оказались быстрее. Воздух был чист и свеж, легкий ветерок доносил до стола ароматы сада, раскинувшегося на заднем дворе. Лене очень понравилось в собственных владениях, хотя она только мимоходом успела осмотреть дом: обитые тканью стены; полы, либо покрытые мягкими коврами, либо устеленные дубовым паркетом; мягкие подушки, часто заменявшие в комнатах кресла, низкие столики. Комнат (небольших, но уютных) было предостаточно: кухня, небольшая столовая, ванная, несколько спален, гардеробная, гостиные, библиотека, просто комната, то ли для гостей, то ли для магической практики, оружейная. Лена даже жалела, что не была в этом доме раньше (в смысле, после того, как прошла через Сияющие врата).
После того, как Лена, Томарис и Дим попали в этот дом, их тут же выбежала встречать Маргарет, которая еще не успела уехать, несмотря на то, что большая часть жителей Флора-на-Флуре уже вернулись домой. Ада тоже была тут, с Ремесом. который ее привез на быстролете и Сериной (подругой Ремеса), которая решила составить ему компанию. Они тут же забросали прибывших вопросами, но были внимательными и благодарными слушателями. Маргарет то и дело вздыхала, когда речь заходила о том, как храбро сражался ее сын, но почти не удивилась тому, что он все-таки стал мужем Паулины. Видимо, она другого и не ожидала, хотя и была немного неготова к такому быстрому развитию событий. Так как против Паулы она теперь ничего не имела, то первой кинулась поздравлять молодоженов, когда те телепортировали вместе с Жизеллой. И теперь праздник был двойной: победа Лигванта и свадьба. Вести о победе так быстро разнеслись по маленькому поселению Лостеврн, что то и дело в небе вспыхивали разноцветные огни — доморощенные маги пытались устроить фейерверк.
Все было так хорошо: еда вкусная, в небе салют, за столом песни (Томарис и Андрон первыми завели «Кроносскую народную», остальные, даже те, кто не знал слов, подхватили), тихая, теплая ночь, что Лене уже почти не хотелось домой, хотя ее возвращение было назначено на завтрашнее утро. Жизелла сказала, что Лена окажется в том же месте и в то же время, когда покинула свою комнату, перемещаясь в Кронос. Господин Герман заверил, что уж на этот раз ее отправляют действительно домой, а не в какую-нибудь искусственную реальность, сформированную по ее воспоминаниям, полученным во время биоэнергетического сканирования. Таким образом, все проблемы были решены. Только господин Герман потом подходил еще пару раз, предлагая избавить от воспоминаний о Кроносе, чтобы, во-первых, не смешивать два разных мира, а, во-вторых, не переживать о неприятных моментах и не видеть кошмары. Все же Лена предпочла остаться при своих воспоминаниях.
— И правильно, — поддерживала ее в этом решении Ада. — А то и нас забудешь, что будет очень обидно, и не вспомнишь, какая ты у нас героиня. Ты же будешь знать теперь, что ты Неолина, а не какая-нибудь простая земная девчонка.
Лена еще раз ей повторила, что по сути больше не является Неолиной. На что та ответила:
— Ну и что? Подвиги совершал кто? Ты! Силой владеет… тоже ты!
— Но я же теперь должна заново учиться магии.
— Да магия это очень просто! Правда я потратила на обучение всю свою сознательную жизнь… Но ничего! Научишься! А ты уверена, что тебе для заклинаний надо учить митрийский язык? Просто я особо не задумывалась над тем, что означают заклинания. В книгах их перевода не дается.
— Мне кажется, это язык Аанондегарда. И из этого следует, что заклинания придумали тоже они.
— Какие умные!
Эту и другие темы обсуждали за столом Лена и Аделина, наслаждаясь последней ночью, перед отправлением Лены на Землю.
На следующее утро все было уже готово к телепортации. Искать лесную местность не пришлось: воспользовались садом Неолины. Жизелла отыскала где-то в доме магический артефакт, помогающий при перемещении. Это был небольшой, расшитый серебром платок. Пока присутствующие в доме и оставшиеся ночевать маги читали над ним заклинания, у Лены была возможность со всеми попрощаться.
Ада, пользуясь случаем, подарила ей на память фенечку, браслет, сплетенный из синих, зеленых и золотых ниток, и попросила ее не забывать. Маргарет все утро пичкала ее едой, в частности пирожками, так как Жизелла не разрешила передавать ей их на дорожку, а перед самым отправлением крепко обняла Лену и расцеловала в обе щеки. Господин Герман, перед тем, как уйти, вручил девочке новый медальон взамен старых, утерянных. На нем было написано «благодарность Кроноса», украшенное тремя крупными изумрудами. Лена была очень растрогана и обещала, что, разумеется, не будет показывать этот медальон родителям.
Господин Герман ушел, а с Леной сердечно попрощались еще Андрон, Паулина, Томарис, Дим. Все обещали, что будут скучать и ждать на тот случай, если она еще вернется. Лена это слабо себе представляла: как она может вернуться, если браслета Неолины у нее больше нет, а перемещаться, тем более между мирами, самостоятельно она больше не может. Тем не менее, надежда, как известно, умирает последней.
Жизелла подала сигнал, что можно начинать. Все присутствующие образовали круг, собравшись вокруг Лены, стоящей на расстеленном волшебном платке, но вызывать Сияющие врата никто не собирался.
— Просто подумай о том, как ты взяла в тот день свой браслет и ощутила…
Лена подумала. И действительно снова ощутила необычное чувство перемещения между мирами.
Девочка приземлилась прямо на свою кровать. Свет в комнате тут же загорелся, и она смогла убедиться, что здесь все по-старому: все те же постель, шкаф, письменный стол, заваленный книгами, электронный будильник, розово-коричневые стены, замаскированные плакатами. Словом все осталось так, как и было. Даже на Лене вновь была зеленая футболка и синие бриджи. Рядом лежал учебник по истории, который напомнил Лене, что старые проблемы вернулись, а она совсем отвыкла от такой жизни: ходить в школу, учить уроки, обходиться без магии…
Ничего на Земле не изменилось за время ее отсутствия, но она сама-то изменилась. Какие-то положительные стороны все же были: после изнурительных тренировок с господином аром и уроком Эскупорасмины, она будет лучше учиться и заниматься спортом. Книги по сверхъестественному станут для нее теперь не просто развлекательным чтивом, а возможностью найти хоть какой-нибудь способ научиться управлять своей силой. А после пережитых волнений и закаляющих душу опасностей, ей любая беда покажется пустяком.
Как-то все слишком нереально, пришло на ум Лене. Может, все это было только сном? Но нет. Взамен золотого браслета на руке Адина фенечка, на шее гордо висит медальон, а на коже пара синяков и царапин — боевых ран. А значит, все это действительно было… и дом Маргарет в Флоре-на-Флуре, и тюрьма в Кроносске, и обучение в Лигванте, и операция в Бергенгенде, и праздник в Лостеврне… И где-то там, в другом мире, на другой планете, новые друзья будут вспоминать ее и будут ждать, если она вдруг вернется.
Лена улыбнулась своим мыслям и решила подготовиться к пересдаче истории.
