Река, масляничная горка и ягоды земляны полная травинка.

Лето, лето…. Давно это было, в далеком десятилетнем детстве. Июль, жаркое утро. Мы – три сестры, почти погодки. Весело щебеча, бежим к реке.
Для нас это была Река, с непонятным названием Кунара, для взрослых — деревенская речушка Кунарка. Ну и пусть речка была всего десять метров шириной и глубиной нам по пояс, но там было Всё. И тебе маленький водопад за поворотом, и остров с высокой травой, и большие валуны в реке как острова в океане, на них каждый мог сидеть, как Робинзон Крузо, разложив свои сокровища, и кричать телеграммы соседним островам. В реке водились раки, и часто мы ловили их майками, потому что боялись – вдруг руку оттяпает, помните «Рак за руку Греку — цап».
И рыбалка на банку с хлебом, у каждой из нас всегда была своя банка, с надетой воронкой из толи, и перевязана алюминиевой проволокой. Ставишь банку горлышком вдоль течения под высокий берег, садишься и смотришь, как пескари и чебаки в ловушку на хлеб заплывают, а как набьется их полная банка, достанешь. Садишься и измеряешь их ладошкой, пересчитывая, отпускаешь в ведерко с водой – чтоб ещё пожили. А вечером деду все докладывали, кто сколько и каких рыб поймал. За ужином, на большой сковороде бабушка готовила из пойманных рыбёх знатную «яишницу».
Были на Реке и страхи. Страшно было плавая, заплыть на омут, место, где когда-то стояла мельница с водяным колесом, вода там всегда была холодная и черная. Страшно было встретить в реке загадочную рыбу семидыру, которая была совсем небольшой, с пятнами на боку, мы почему-то считали, что она с зубами и кусает всех подряд, кто в реке ходит, хотя она ни разу никого не укусила. Ходишь по реке, ищешь сокровища – старые монетки, вдруг кто-нибудь крикнет: «Семидыра!», и все с визгом выскакивают на берег. А потом все смеются или от страха, или от детского счастья, что спаслись.
Страшно было попасть в грозу на реке. А грозы в деревне были всегда неожиданными и с сильными молниями, иногда казалось , что все молнии мира собираются над нашей Мельничной.
За рекой был заливной луг, за ним сосновый лес и масляничная горка, все лето мы таскали бабушке оттуда маслята на жарёху или на маринад.
Зайдешь в лесок, наберешь маслят ведерко, плюхнешся в траву. И давай поначалу есть, а потом собирать на длинную травинку травяну земляну ( очень крупную землянику, что растет в редкой высокой траве), нанизаешь две – три травинки «про запас», и бегом к реке — охладиться да банки пескаревые проверить.
Вечером довольные возвращаемся с «выпаса», как говорила бабушка. И после ужина до полуночи слушаем бабушкины сказы «про жизнь».
Вольное беззаботное детство в деревне!
Жаль, что возврата туда нет, но где-то в глубине твоих воспоминаний навсегда осталась и река, и масляничная горка, и спелой ягоды земляны полная травинка.