Старушка

Поезд. Я в плацкарте душной
Путь делю со старушкой седой.
Я бродяга, раб дали послушный,
А она, сразу видно, гонима бедой.

У неё самый-самый тоскливый
Из всех тех, что я видел взгляд.
Она им провожает нивы,
Что бегут за окном назад.

Теребит в пальцах тонких косынку,
На ветровке двух пуговиц нет
И торчит кофты край как посылка
Молодых и утраченных лет.

— Что ж ты, бабушка, сердцем томишься,
Я попутчик — дай камень сниму.
Или ты, горемыка, боишься,
Что я душу твою не пойму?

— Нет, сынок, на беду я не жалуюсь –
Всё давно научилась терпеть.
Я судьбой как юлой не балуюсь.
Есть кому, её, милый, вертеть…

У меня есть и дети и внуки,
Да и правнуков целых семь.
Но мы бродим лесами разлуки-
Тяжело им сейчас совсем.

А у многих давно уж квартиры.
Ест глаза им смертельный дым.
И глядят они в небо сквозь дыры…
Не нужна я давно уж им….

Жаба алчности грубо душит,
В пропасть ярким неоном зовут.
И по-модному выплюнув душу,
Их тела беспричинно живут.

Я бывала там, в ихней хороме-
Склеп бетонный, как хочешь зови.
То ли дело у матери в доме –
Выбирай и где хочешь живи.

А в селе, так те робщут, мол, брошены,
На дорогу смотрят, грустят.
Под ногами их, ветки прошлого,
С каждым годом всё тише хрустят.

Молодых уж сеять не тянет –
Манят их на другие хлеба.
И боюсь, что крестьян-то не станет,
Но сил нету ударить в набат.

Смерть клыками бездетной старости
Потрошит деревни как туши.
И не зная ни сна ни усталости
Вынимает размякшие души.

Я спасаю их по кабинетам,
Но в них люди.. К ним разве любя?!
Бьют, безбожно, словом-кастетом:
Нам плевать старуха на тебя!

И хожу туда где правят черти.
Всё крещу и помогаю жить,
Ну а мне желают только смерти,
Что б не мешала дьяволу служить.

А недавно пришло письмечишко,
Ты читать меня не проси,
Написал мне мой младший сынишка
Лишь два слова: Родная, спаси!

Я взглянул на конверт. Как можно!?
Нет ни адреса там ни имён!
А старушка спросила тревожно:
— Может спутал чего почтальон?

-Собрала узелок и в дорогу.
Паровоз меня быстро несёт.
Если дети забили тревогу
Кроме матери кто их спасёт.

Мне дорогу сердце подскажет…
Вот бы сына с собою забрать!
…Помогу, ну там, когда скажет
Я поеду в село помирать.

Я приехал. Закончил дорогу.
Сумку в руки и в тамбур бежать.
И в ботинках на босую ногу
Шла старушка меня провожать.

Я стоял как ухват у печки,
Жалость душу сосала, что вымя.
И решил, для заздравной свечки,
У старушки спросить я имя:

— За тебя помолюсь я Богу,
Когда в церковь сходить соберусь.
А она покрестила в дорогу
и сказала застенчиво: Русь….

Поезд тронулся. Скрылся из виду.
Ну а я продолжал всё стоять.
Горько плакал, глотая обиду:
Не меня ли ты ищешь, мать?