Он решил стать поэтом, оттого что не раз читал чужие стихи. Они принадлежали уже отжившим свое и поныне существующим именам, но всегда заставшим восторгаться читателя. Он запирался в комнате, усаживался на кровать, подносил книгу вплотную к невольно озлобленному лицу и читал. Мало, что трогало его. Он зорко отслеживал строку за …
Юрию Щуцкому на «Зрительный зал» http://www.litkonkurs.ru/index.php?dr=45&tid=52558&pid=73 Поднялся занавес. Священная игра Своим началом открывает действо. Чужие жизни – старость, юность, детство, Всё перемешано – и завтра, и вчера… Ничтожный зритель, веселись и смейся, Над тем, как я любил и умирал… Но, если расставаться нам пора, На встречу новую, прошу тебя, надейся… …
Мы, члены Высокого Жюри этого конкурса, сознавая всю тяжесть ответственности, возложенной на наши по природе хрупкие (отчасти), согбенные трудами (у другой части) и просто широкие (кое у кого) плечи считаем, что в эру, наступившую после введения всеобщей Гласности негоже нам прятаться за ширмами и занавесками. Поэтому, мы, поплевав через плечо, …
Порою трудно нам молчать при боли, Молчать в отчаенье из-за потерь, И не известно, на что нужно больше воли, Скрывать в себе или кричать как зверь. Мы так легко подвержены страданьям, Порою сами для себя их сотворя, Не понимая, что души скитанья, Нам служат поддержанием огня. Как трудно нам молчать …
Голубоглазая и бледная метель Всю ночь вокруг избы крутилась. Пыталась вырвать двери из петель, И ставнями стучала, когда злилась. Сквозь щели норовила проскользнуть, От неудачи так протяжно выла. В трубу, забравшись, силилась лизнуть, Огонь в печи. Но, зашипев, остыла. Слезой по дымоходу тихо растеклась, Соединившись напоследок с пеплом. Судьба её …
Вот и снова мы встретились. Столько лет — не заметили, Как покинул тебя. Но всегда, где бы ни был я, Вспоминал, Беларусь моя, Дорогие края. Выйду утром я во поле, Мимо тонкого тополя В лес пойду погулять. Там, за речкой, вдоль просеки Земляника в рот просится, А вокруг — благодать. …
Не грусти, все пройдет, Белой дымкой развеет В небесах самолет, Улетающий в даль. Я оставлю тебе То, что душу согреет — Неземную любовь, Вековую печаль. Вот и кончилось все, Наши встречи, разлуки, Я стою на исходе Осеннего дня. Вспоминаю тебя, Твои волосы, руки, Твои губы, глаза, Что пленяли меня. Снова …
Наверно, в том моя вина: Ни в чем не ожидая прока, Я создаю тебя из сна, Из памяти моей по крохам. Я создаю тебя из строк Стихов любовных и рассказов, Из вздоха, что давно истек И не восполнился ни разу. Наверно, в том моя вина, Что вспоминаю между строчек Все, …
Четыре белые стены Меня с тобой соединили. И этот взгляд со стороны, Черт тонких в полумраке синем Лица напротив. Только дым Тончайшей паутинкой вьется, И сердце все сильнее бьется, Когда затягиваюсь им. Прекрасней не было в тот миг Твоей загадочной улыбки, И жадных губ и рук тех гибких… Протяжный стон …
Автобус вёз нас к Монмартру, а за окнами величественно проплывали афишные тумбы с чеканными крышами! Не тумбы, а — произведение искусства!.. Захотелось подойти, потрогать, почитать афиши… Не могут на таких тумбах висеть афиши, ничего не говорящие ни уму, ни сердцу — ведь это Париж проносится мимо нас . Сам Париж …