Вот интересно, в словаре Ожегова (1953 года, правда), слова «молчание» нет. Есть «молча», «молчалинство», «молчаливый», «молчальник», «молчать», «молчком».
Молчание – альтернатива звукам, из которых состоят слова, слагающие нашу в разной степени богатую речь.
Раз «мысль изреченная есть ложь» (заметил Тютчев), то, стало быть, мысль, не изреченная, благодаря молчанию правдива вполне. Даже можно сказать, что истинна.
Поскольку правд, как известно, много, а истина – одна.
Молчание. Ощущение? Да нет.
Действие? Вряд ли, хотя…
Процесс? Пожалуй, подходит, только неустойчивый весьма. РАЗ – и обронил слово.
Процесс общения с окружающим миром и людьми, с самим собой. Что приходит на ум в сочетании с «молчанием»?
«Молчание царило», «молчание наступило», «молчание хранят», «молчание прервалось», «молчание было ей ответом», «в молчании понималось что-либо».
Самое скорбное, что может быть – Минута молчания.
Напомню, для того чтобы почтить минутой молчания память всех павших в годы Великой Отечественной Войны, человечеству пришлось бы замолчать на 121 год. Больше века молчания. Ни рыданий, ни криков, ни упреков, а именно молчания. Как во многих семьях – третий тост «в молчании». Что же есть в этом состоянии всеобъемлющее и глубинно личное? Момент истины, наверное. Который в каждом случае отзывается своими колоколами в душе. А ведь душа, она в буквальном смысле то, немая.
Вспомнилась историческая информация о молчальниках, или чернецах: видя, что люди живут по страстям мира, а не по писанию, уходили они в леса, основывали обители, где в трудах и молитвах хранили обет молчания.
Молчание – душевное колебание, зыбкая гармония, переходный процесс от тишины к звуку, состояние истины.
Попросите меня образно представить молчание. Это большая хрустальная капля, прозрачная, но преломляющая и отражающая все лучи, оттого каждый миг разная. Капля, которая может разбиться с первым словом на разные осколки, но почему-то висит между небом и землей, между высшим и обыденным.
У Сартра в его «Словах» один персонаж, женившись и узнав, что его жена совсем не так богата, как он предполагал, перестал с ней разговаривать. А его сын потом заикался, был косноязычным.
А еще тот опыт с новоржденными, когда царь , опыта ради, приказал не разговаривать с младенцами…
Мне думается, что даже если бы этот персонаж и разговаривал с сыном — у того были высокие шансы заикаться. Дело в переданном посыле. А словами он передан, или высказан внутри…
Теперь спорят ученые, что страшнее. Также и с новорожденными. Царь приказывал возле них думать о любви?
Мне кажется, вы взяли частности, я немножко о другом говорила. Но молчание, как и слово, имеет право на богатые трактовки.
Спасибо за внимание.
Ирина
Браво, Ирина!
Вы, оказывается, тоже цените молчание. Хотя оно и нелитературно…
Молчание — красивейший бриллиант, из которого рождаются стекляшки слов. Переход от истины к правде.
С уважением, Алексей