Помойной крысой прячется в тенях
Чужая гордость – маленький Вьетнам
В одном мозгу. Скребёт гнилой асфальт
Бутылкой. Как изгибчивый червяк,
Он слишком скользок, чтобы умереть
Бесславно, в переулке без окон.
Опять пожар и крик – но не Вьетнам:
Богини в позолоченных тенях
В слепые ночи смотрят из окон
На искры, иглы, вены и асфальт.
Гламур, колье – блистающий червяк
На шее неспособной умереть.
Они судьбу узнают из окон.
И тех, кому придётся умереть,
Источит уолл-стритовский червяк.
Они прошли Корею и Вьетнам,
Но стороной, не чувствуя асфальт,
В провинциальных путаясь тенях.
Ищейки предпочли бы умереть –
Не грызть супруг, патроны и асфальт.
«На тридцать пятой – стычка. Да, Вьетнам,
Какой-то псих. Стреляет из окон.»
Их ждут тузы и дьяволы в тенях,
И липкий страха серого червяк.
Шаги потоков меряют асфальт,
Ползёт зелёный кассовый червяк,
Горит огонь. Не скроешься в тенях,
Свободе голой лучше б умереть –
Но объективы лезут из окон.
А Близнецы отметили Вьетнам…
Ползёт подземка – сумрачный червяк,
Безглазые столпились у окон.
Прочесть газету – или умереть.
Карманники рождаются в тенях,
Для них Нью-Йорк – ещё один Вьетнам,
Трава для них – заплёванный асфальт.
Окон разрезы, целый мир в тенях,
Вьетнам огней, болотистый асфальт –
Не умереть. И в Яблоке червяк.
