Двадцать четыре.
Наконец улеглись соседи,
выдав на въезд в бессонницу
старую визу.
Настольная лампа
в образе юной леди —
в платье прозрачном
с подсветкой, конечно, снизу.
Розовый угол —
контраст моему «забою» —
мягок и тих,
и не лезет в мои пределы.
Думать приятно,
что кто-то вежлив с тобою,
и может видеть,
что ты, как всегда, при деле.
Я размышляю
о месте угла во вселенной.
Но розовый свет
начинает скользить из-под платья.
Угол всё больше
похож на оскал Гуинплена —
стук за грудиной похож,
как оскал, на проклятья.
Вжавшись в «пенаты»,
куда ещё свет не проникнул,
пальцами стиснув
безвольные поручни кресла,
я свою ночь защищаю,
как нашу границу,
я отбиваюсь от света,
чтоб даль не воскресла.
Угол напротив
похож на «свинью» тевтонов.
Острым концом повёрнут,
он целит в душу…
Словно динамик,
твердит мне железным тоном
голос привычный:
«Спокойнее, свет потушен».
Несколько вопросов :
причина описываемого делирия — инфекция или алкоголь? (простое любопытство) 🙂
как вертикаль угла может напоминать улыбку(горизонталь) Гуинплена?(или человек лежит?)
Сильно! Сильно — жутко написано!
Шутка: я слышал, что если съесть таблеток десять циклодола, то можно увидеть, как говорит кошка… Поговрить с ней немножко, и вдруг внезапно обратить внимание на то, что какие-то люди выносят квартиру… сквозь стены… а открыв кладову, обнаружить там степь, костер и пляшущих в ночи цыганей… и еще много-много чего интересного…
Валерий! Очень рада знакомству с Вашими стихами! Они у Вас замечательные! Жутко и сильно написано.
С уважением, Виталия