Отчаявшись, ждала я слова, знака ли:
Кто тот, что часто говорил мне – «твой»?
И видела, как небеса заплакали,
А за окном – надрывный женский вой…
Ответ не удивит своей разгадкою,
Как ни крути – все в жертву Ей, Любви…
Нас отравило счастье горько-сладкое
На лжи, на жгучем яде и крови.
Меня томил он то любовным пламенем,
То холодом могильным обдавал, –
Такая пытка расколола камень бы,
И вызвала грохочущий обвал.
И вот лежу у самого подножия,
Раздавленная тяжестью оков…
Что делать мне с крылатостью стреноженной?
Ползти на пузе в рай для дураков?
Как часто опускалась на колени я,
Молила – то «держи», то «отпусти»!..
Чего он ждет? –
Последнего смирения?
Что скажет мне? –
Последнее «прости»?..
Господи, просто рыдать хочется от этого стихотворения…
Танюша, спасибо за сопереживание!
На самом деле не все так плохо (или не всегда:)) — просто пишется, как правило, именно тогда, когда плохо…