«Живой поэт…», «Что для Поэта женщина?» и другое

* * *
Живой поэт –
Существо обременительное…
Навязчивое, нервное,
Пьющее, гулящее,
Вечно недовольное.
Озабоченное своей персоной,
Озадаченное космическими проблемами,
Означенное в божественном реестре,
Как ч е л о в е к ч у в с т в у ю щ и й.
В виде книжки,
Пусть даже многотомного собрания сочинений,
О Н О гораздо удобоваримей.
В живом состоянии О Н О заполняет
Все пространство вокруг себя
Чем-то поэтическим, романтическим,
Фантастическим, но
Несовместимым с жизнью…
Временами оно терпимо,
Иногда даже симпатично,
И все было бы ничего, если бы О Н О ,
Случайно,
Не оказалось
Твоим мужем.

* * *
Что для Поэта Женщина? Предлог?
Удобный повод для воображенья?
А, может, зелье от печальных строк
И мыслей о тщете, тоске, забвеньи…
А то и впрямь она – источник зла?
И вся её любовь – беда в рассрочку.
И где вчера – подруга весела,
Сегодня – знак вопроса, завтра – точка.
И от себя опять Поэт бежит,
Словами утешается упорно.
И неприкаян, точно вечный жид,
И стих слагает о любви минорный.
И пишет, пишет, пишет о былом…
А Женщина, в своём цветеньи кратком,
Рожает, кормит, чахнет над бельём.
И для Поэта – вечная загадка.

ЖИЛ БЫЛ ПОЭТ…

Он жил на стыке двух веков, был оптимист и урбанист,
Хронически влюбленный в жизнь и в город.
Всегда – поэт, порой – певец… Еще немножечко артист.
Приметы: обаятелен и молод.

Он с зайцем солнечным на «ты» базарил долго по утрам,
С друзьями шлялся по Москве и по Европам.
Катился вниз, тянулся вкось, согласно городским ветрам.
Пил стопками, пел – ямбом разностопным.

Он заикался за столом, определяя лит.процесс.
Все, как всегда, но будто – з а чертою…
А что случилось? – Ничего… Урбанистический прогресс.
«Еще никто», «Уже нигде» и «Сплю не с тою…»

Он безопасности ремни серьезной мерой не считал.
А их бы, кстати, затянуть покрепче.
В глазах горит, пока горит. Еще с мечом, но без щита,
И рьяно доминирует при встрече.

На стыке следующих вех его исследуют до дыр,
И биографию запутают подробно.
И будет сниться по ночам студенткам чувственным кумир.
А с современницами… как-то неудобно.

* * *
Ни наши подвиги, ни наши беды
Потомкам нашим будут не нужны.
И то, что мнится нам большой победой,
Через года покажется смешным.

Но мы живем: страдаем, верим, любим
И пишем, пишем, пишем день за днем.
Зачем-то нужно нам, чтоб завтра люди
Узнали, как сегодня мы живем.

АПОФИГЕЙ ПИСАТЕЛЬСКОГО ПЕССИМИЗМА

Щелкнув замком отшлифованной рифмы, тетрадь закрываешь.
Звякнув щеколдой закрытой тетради, смотришь в окно.
С небом безмысленно-строгим строки сверяешь
И понимаешь, что все уже было давно…
Нового слова найти среди слов невозможно!
Новая песня – слегка измененный узор.
Прочь от тетрадей в заброшенный домик таежный
Жечь по ночам весь годами написанный вздор!