* * *
Ты много лет прожил, — удивительный поэт, прозаик.
Не понятен стиль до сих пор твой витиеватый — призрак
Шахмат и бабочек любитель. Нежной рифмы аромат,
И все романы загадки души твоей в себе хранят.
В начале века ты был судьбой заброшен навсегда
В чужие для интеллигента русского края.
И казалось, все.., конец, не услышит больше никогда,
Творений откровенной музы Россия, — мать твоя.
И ты, обиженный на всех, и на народ, и на страну,
Отдав англо- саксонскому предпочтенье языку,
Взгляд обратил в поклоне к Божеству- перу,
Дар свой чудный,- покаянье, как в жертву преподнес ему.
Познал ты муки и страданья, все прелести изгнанья,
Возможно, неоднократно был, любим, но был – ли счастлив,
Оставив реки, горы, снега и степи в дни ненастья?
В Веве последний путь окончил свой, В. В. Набоков,
Странник…, всю жизнь источник, искавший сладострастья.
Не понятен стиль до сих пор твой витиеватый — это можно сказать и о вашем произведении. У Вас, как поняла в этом стише нет ни рифмы, ни единого ритма, тогда инверсия совершенно не уместна здесь «В чужие интеллигенту молодому русскому края». Можно ведь просто — в чужие для русского интеллигента края. — смысл не меняется, а читать легче. Творений откровенной музы Россия, — мать твоя — это строчка с «мать твоя» звучит двояко, Вы не находите?
А в общем стиш познавательный.
Удачи.
Cпасибо, Илона!
Я внимательно изучил Ваши замечания, соглашусь со всеми.
Любитель бабочек, затерянный в чужбине.
Любил, любим был — разве дело в том?
Пронес скозь годы странствия святыни,
Витиевато записав пером.
Писал, страдал, а мы, удивляясь,читаем, учимся, каким он мудрым был.