17 сентября 2005 года
За печалью укроем
Вдохновенье в груди…
Над сентябрьским покоем
Взмыли в небо дожди…
Под созвездием Девы –
Листья в парках зажглись.
Всех потерь перепевы
В ливнях отозвались…
Мокнут в черных потоках
Листья, павшие ниц,
Отражаясь жестоко
В черном блеске зениц.
И – от края до края
Струи бьют в желоба…
Сентябрем догорая,
Воспаряет судьба…
На пороге осени
Это не осень еще. Нет, не осень —
Это ее осторожный звонок:
Листьев осины медная осыпь
Горсткой монет зазвенела у ног.
Это не лето уже… Нет, не лето:
Скрылось оно за изгибом тропы.
Будто с его завоздалым приветом
Грустно ромашки кивнут из травы.
Можно и осень и лето потрогать…
Над перепутьем повисли дожди…
Вот и грущу, что стою у порога:
Хочешь — не хочешь, а в осень иди…
Осень
«Унылая пора, очей очарованье!»…
Строку вторую вспомнить нам не по уму…
Простуженный денек лишился упованья
На негу и тепло – понятно по всему.
Всю синь заволокло тяжелым покрывалом…
Усталый день прилег поверх него – вздремнуть…
Лишь брызнет дождь – и вот: кругом грязцы – навалом,
Смотри – не утони, ищи посуше путь.
Осенние часы томительны и мрачны,
И, кажется, вся жизнь остановила ход.
Неважно, был ли год удачным – неудачным,
А важно: он грустит, предвидя свой уход.
Но сыплется песок из конуса да в конус,
Курантами звеня на башне городской…
Хоть настроенья нет, иначе скажем: тонус
Эмоций – хуже нет, буквально никакой,
Однако ж не скажу, что вовсе оптимизма
Осенние часы нам не несут… Видна
Сквозь серость и тоску, которыми томимся,
Метафорой любви – грядущая весна…
Октябрь
* * *
По осенней тропе исчезаю в простывшем лесу
Дружелюбный барбос увязался в надежде на мясо…
Ну, а я лишь заботы с печалью в котомке несу.
Потерять бы их здесь, позабыть бы у кочки примятой…
Пахнет прелой листвой, пахнет осенью и колдовством.
Повороты тропы, будто скоропись в желтой тетради.
Я с веселым барбосом повязана тайным родством:
Ожидая чудес и счастливых открытий, поладим…
Я смогу ли прочесть, что за буквы мне пишет тропа?
Все секреты открыть мне природа готова запиской…
Ежусь: холод… Сквозь ветви посыпалась с неба крупа…
— Все, барбос, погуляли! Обратно тащиться не близко…
Ноябрь
По первоснежью заячьи следы
Увижу вновь у прутиков малины.
Запорошил, заворожил сады
Ноябрь — сибирский дед неумолимый.
Сады в снегах — во стылом сне земли…
В их зимних грезах — дни веселой были,
Когда в суровой, но родной Сибири
Они под щедрым солнцем расцвели.
Благодаря людей за добрый дар,
Трудились пчелы, черпая нектар,
Благоуханьем воздух был напитан,
И веселее пелось звонким птицам,
И трепетно шелка листвы зеленой
Переливались в радугах дождей,
И набухали ягодой червонной —
Отрадой и усладой для людей.
Но вот летят, летят — и сад в них тонет —
Снежинки, как ромашек лепестки…
Ах, только б не забыл укрыть садовник
От стужи эти нежные ростки.
И будет душу леденить сурово
Тревога: избежать бы им беды,
Пока воочью не увижу снова,
Как расцветут сибирские сады…
Осенние часы
Охватывает лень…
И авитаминозно
В осенний мрачный день
Так рано скажем: «Поздно!»
Хоть крыша редких крон
Нам неба не скрывает —
Мрачнеет небосклон,
Мрачнее не бывает.
Кудель тяжелых туч
Рассыпалась в полнеба.
Прохладен и колюч
Дождец — и гроздья гнева —
Перуны в нас летят
И поливают душем,
И словно бы хотят
Похитить наши души.
Куранты — тик-тик-так —
На башне боро-холльной…
И то и се не так
В денечек малахольный.
И ежечасный звон
Спроваживает солнце,
И поглощает сон
День, выпитый, до донца.
А он еще не все
Сказал, тот день тоскливый,
А он еще несет
Приливы и отливы.
Он мог бы разрешить
Какую-то проблему,
Но время свет тушить…
Щелк! Размыкаем клемму!
А я о нем грущу…
Прости нас, день тоскливый!
Догадку допущу:
И он бы был счастливый
Да что-то не сошлось
И не состыковалось —
Безделица, небось,
Пустяк, песчинка, малость…
А вот — не повезло —
И день ушел ненастным.
Да, ладно, что хоть зло
Не разделило нас с ним.
Сон — маленькая смерть…
Господь, верни нам душу,
Чтобы желать и сметь,
Чтобы смотреть и слушать…
Из темной полосы
Рассветы выезжают
Осенние часы
К весне нас приближают…
