Мальчик

Водитель затормозил. Маленький белокурый мальчик с ранцем за плечами приготовился к выходу. Алое око светофора, безуспешно стараясь противостоять яркому весеннему солнцу, бледнело и окончательно терялось в мутных автобусных стёклах. До остановки считанные метры.

Всякий раз, когда я проезжаю здесь, мне кажется, что миновала вечность. Это, впрочем, не удивительно, ведь я измеряю не протяжённость интервалов между нечастыми автобусными вояжами, нет, — точка моего отсчёта на широкой полосе материи времени находится очень далеко, а местоположение её всегда неизменно, и, покуда ткачиха переплетает нити секунд, длинна будет только постоянно увеличиваться.

Мальчик что-то напряжённо держит в кулаке. Вот он слегка разжал пальцы, посмотрел… понюхал… и снова сжал. Редкая находка!

Время, к счастью, еле коснулось этого уголка Москвы. Слегка подкорректировало, расставило свои знаки препинания. Тут вместо старого продуктового магазинчика ярко красуется новая витрина с вывеской непонятной фирмы, там, близ больницы, взошла скромная часовенка, вон то здание перекрашено в иной цвет, а к двери могучего сталинского дома, покрытого сыпью модных оконных рам, приросло маленькое эклектичное крылечко с вензельками и фонариками. Аккуратненькие свеженькие оградки вдоль тротуара, рекламные щиты, и всё. Нет даже вездесущего мерцания светящихся вывесок по вечерам. А о новых пятизвёздочных домах будто бы никто и не знает. Операция на уровне косметической: без грубого хирургического вмешательства с заменой органов.

Светофор моргнул. Автобус дрогнул. Пробую прочистить пальцем глазок на стекле. Бесполезно. Грязь снаружи. О, туманные окна российского пассажирского транспорта, о вас можно было бы сложить поэму! Но я не стану этим заниматься.

В сторону от улицы потёк широкий, но короткий родной переулок. Здравствуйте, солидные каменные заборы, грузные деревья. И в конце маленький жёлтый кусочек дома, лоскуток дорогой любимой материи. Что я говорю, «материи» — кожи! Собственной кожи, а под ней обнажённые нервы пульсируют, ноют… Здравствуй!..

…И прощай. Проехали… Ещё немного… Стоп кадр! Двери открылись.

У остановки бродит голубь. Едва не спугнув его, мальчик резво соскочил с подножки, ещё раз оглядел содержимое кулака, торопливо побежал против хода автобуса и скрылся в моём переулке.

Может, и мне сойти?.. Ещё не поздно, двери ещё открыты!.. Сойти и побежать за ним!?. В ясное золотосолнечное избалованное детство, к бабушкиным пирогам, бесчисленным маминым подаркам; с ранцем, из школы, по переулку, домой, неся в кулаке ароматную жужелицу, с праздничным настроением: в школе отменили последние два урока, и я сам приехал домой, сам — без провожатых, как взрослый, на улице май, скоро каникулы, скоро лето, отдых, у меня жужелица, и я весёло иду домой, на второй этаж, в большую многосемейную коммунальную квартиру с высокими, звенящими потолками, громыхающими тазами, кухонными запахами; по дороге, во дворе, встречаю соседскую девчонку с третьего этажа: «Выйду ли я гулять?! Конечно, выйду!» — и мы будем кормить жужелицу, и мы будем «прыгать в резиночку», играть в мяч и в прятки под голубым, ясным небом детства, под двумя, тремя, четырьмя небесами, ведь небо детства у каждого своё, а потом, может быть, к нам присоединится фея из второго подъезда, на которую я полуосознанно стараюсь распространить флюиды первой смутной влюблённости, и мне это удаётся: она вчера призналась подружке по секрету (ни в чём не признавайтесь подружкам, тем более — по секрету!), что влюблена в меня; вхожу в дом, быстро поднимаюсь по лестнице, сейчас устрою сюрприз: я же один приехал домой!, я взрослый, я это доказал!, с трепетным щекотанием нажимаю на кнопку звонка: раз, ещё раз (два звонка — значит к нам), ура(!), сюрприз удался: с этого дня мне разрешат самому возвращаться из школы (великая честь, заметьте!); заданий мало, солнца много, можно сбросить с себя ранец — и во двор: прыгать, бегать, лазать, играть, или просто гулять, гулять беззаботно, свободно гулять, как гуляет этот голубь около остановки. Прохаживается, что-то поклёвывает, думает… интересно, о чём?..

Двери закрылись. Теперь не сойти. Да и куда сходить?.. Пришли на ум строки бунинского стихотворения «Свет незакатный»:
…В мире круга земного
Настоящего дня
Молодого, былого
Нет давно и меня.

Еду, с ностальгической грустью созерцая мутные призраки знакомой улицы. Скоро автобус повернёт и повезёт меня из таящего прошлого в едва зарождающееся будущее…