3
Спустя год одиночества в Киеве,бесползный год,как,в принципе, и все последние года,за которые она жутко пожалела потом,она уехала в Питер.Город-» сказка»,город-легенда.Вика восхищалась им,не переставая открывать всё новые и новые впечатления,гуляя по его старинным улицам,паркам,площадям.Но она всё равно отказывалась жить.Она находила новые проявления своему одиночеству,воплощая их в случайных связях и выпивке.Да,ей было наплевать,что ей нельзя.Ей было наплевать,что она ещё жива.Казалась,что это отчаяние было последним.Боже мой,хотелось громко-громко закричать ей на ухо и одёрнуть за руку,что бы она просто увидила то,что на самом деле делает!И лишь через несколько лет,уже после смерти,прочитав её письма,вдруг понимаешь,что она знала на что идёт,знала и хотела.
Игривый солнечный зайчик впился ей в глаз.Несколько раз она попыталась его смахнуть рукой,но тщетно.Повернувшись на спину,она с трудом раздерала тяжёлые веки.Увидив яркий солнечный свет за окном,она как-будто чуть-чуть повеселела.Сново закрыла глаза и вспомнила такое же яркое и тёплое лето у бабушки в Крыму.Вспомнила Витю и их детские игры,Чёрное море,обрывчатые скалы и свежий пьянящий аромат магнолий.Одна за другой в памяти всплывали картинки,наверное, из самых счастливых дней её жизни:первые лучи солнца на холме и дикие белые лошади;ночь в пещере у костра и долгие разговоры о таинственном и невероятном;звёздное-звёздное небо и жёлтая-жёлтая луна,море счастья,беспечности и сказочных детских грёз.Где-то в далёком Крыму,в старом полуразрушеном замке были зарыты их с Витей сокровища:разноцветные стёклышки,старинные дедушкины манеты,фантики,игрушки,бабушкины бусы.Они даже нарисовали карту,по которой нужно было искать сокровища и разорвали её на две половины,что-бы только вдвоём,только вместе когда-нибудь их отправиться искать.
Вика открыла глаза и впервый раз в жизни серьёзно задумалась,где теперь её половинка карты.Потом подумалм,что,наверняка,свою половинку Витя уже тоже давно потерял,и вдруг на неё опять обрушилась гора грусти и одиночества:где он,где он сам сейчас,думает ли,приедет ли,любит?Всё вернулось на привычные места.Недолго тешилась она сладкими воспоминаниями детства.Не сдерживая слёз,прижимала кольцо к груди.То отчаяние,что так терзало ей душу,стало для неё привычным.Равнодушие к окружающему крепкими сетями паутины сплело внутри обречённость,безвыходность.
Она встала и огляделась.Рядом с ней справа лежал симпатичный парень,похожий на грека,смуглый с высоким лбом и прямым носом.Слева лежала хрупкая,тоже довольно симпатичная девушка лет двадцати.Они как будто были очень похожи.Вика ни капли не удивилась,увидив их в своей пастели,хотя никак не могла вспомнить,как они все оказались вместе.Недолго думая,она собрала свои вещи и выскальзнула на улицу.Спустившись по узкой улочке и свернув за поворот,она вышла на Невский.Проспект кипел людьми,машинами,событиями.Было жарко.Солнце выжигало улицы,листву на деревьях,лица прохожих.Все куда-то бежали,суетились.Одна она шла настолько медленно,что порой на неё оборачивались,не плохо ли ей,но заметив,что девушка просто прогуливается по городу,пробегали мимо.Вика плыла среди людей,всматриваясь в незнакомые лица.Иногда её задевали,но она чувствовала себя частью этого мощного человеческого потока,похожего на быструю горную реку,похожего на Рону из её далёкого детства,срывающуюся с массивных скал сказочных Альп,где когда-то,ещё маленькой девочкой,она набирала в руки кристальную воду и выпускала,как тысячи жемчужин,вверх.
«Почему мне кажется,что моё детство уже так далеко от меня?Как буд-то мне девяносто лет и я жалею о том,что прошло безвозвратно.Может быть я действительно постарела в душе,чувствуя запах смерти,её уверенные шаги за спиной?А может быть я пытаюсь стеснить всю жизнь в несколько последних лет.А может быть подсознательно я это уже сделала…
Я знаю,что сама укорачиваю себе жизнь,но мне кажется,что это всё,что мне предназночалось.Я,наверное,очень слабая.Но я всегда хотела проживать каждый день, как последний.Да,ты скажишь:КАК последний,но последний всё-равно есть.Тогда почему позже,а не раньше?!Почему ты будешь убеждать меня,что стоит?Почему так мало людей мне могут это доказать?»
Она сидела в маленьком кафе с большими окнами и писала письмо,пила крепкий чёрный кофе,а мимо неё проносились чужие лица,чужие судьбы.Она смотрела на людей и думала,что главное в жизни каждого?И почему каждый считает,что именно это главное?
«Знаешь,Вик,я всегда мечтала иметь семью.Большую семью,очень большую.Что бы все жили в одном большом доме и любили друг друга.Об этом ли мечтают дети?Я мечтала никогда не быть одной,но даже рядом с мамой я чувствовала себя одиноко.Когда она умерла, во мне как буд-то что-то надломилось и стало расти, расти,как опушаль.То, чего я больше всего боялось,я держала в руках,но продолжала бояться.Прошло не мало времени пока я не укоренила это в себе,и моя рана начала гноиться.Я прислушивалась к стуку собственного сердца,но мне казалось,что это не я.А мама просто не успела сказать мне:береги себя,стоит жить вопреки всему!А я часто в глубине души задавала себе вопросы:зачем я родилась?Почему меня продолжают мучать?Кому это нужно?Почему у меня никогда не интересовались,хочу ли я этого?Сначала мама,потом бабушка,а теперь никого…Ты,Вик!Как бы мне хотелось,что бы ты был рядом!Всегда рядом!Просто рядом со мной.Я знаю,что ты со мной всем сердцем,но ты не знаешь,где я,что со мной происходит,когда я умру,и мне кажется,что тебя просто у меня нет.»
Вокруг всё резко посерело,и даже потемнело.Огромные чёрные тучи затянули небо,и где-то в далеке уже гремел гром.Невероятно гигантские капли стали падать на землю,увеличиваясь в количестве.И скоро по всей набережной не осталось не одного сухого места,и запахло влагой.Она шла без зонта по ,и количество мелькающих мимо неё людей не уменьшалось.И было ей как-то безразлично,что она почти вся промокла.Она,наверное,этого просто не замечала.Дождь был тёплый,летний.Он маленькими жемчужинками скатывался по её щекам и,казалось,что тысячи слёз раняют на землю глаза.
И вдруг на мосту она увидела маленькую девочку.Она пристально смотрела на Вику полными слёз и горя глазами.Лёгкая дрожь прошла по Викиному телу,но глаза этой девочки показались ей до безумия знакомыми.Она остановилась и вгляделась в её лицо.Ей стало страшно и тысячи мурашек побежали по телу.Что-то жудкое было во взгляде этой девочки.И вдруг через всю реку раздался пронзительный крик.Этот крик словно вырывался из Викиной души.Девочка сделала шаг вперёд, продолжая смотреть на Вику,и словно спрашивая у неё разрешения.Вика хотела закрыть уши руками что бы не слышать этот страшный крик.Он давил на мозги и козалось,что голова вот-вот лопнет.Она сново взглянула на девочку.Та уже не плакала.Она как-будто уже умерла,смирилась и просто упала в реку.И всё резко утихло и шум внутри оборвался.Стало отчётливо биться сердце.Вика всегда боялась стука собственного сердца.Она похолодела и её руки начали трястись.Она в ужасе зажмурилась,а когда открыла глаза,вокруг неё по прежнему проходили люди,как и с той стороны набережной,а на реке по прежнему спокойно и равномерно расходились круги от дождя.И всё вокруг было тихо и равнодушно.Ни криков,ни собравшихся зевак,ни миллиции. Вика долго в оцепенении смотрела на то место,где на её глазах,и вероятно только на её,только что утанула девочка.Ей было страшно,и этот страх сковал её навеки и породил те виденья,что ходили за ней попятам.»Мне не могло это показаться!Да,да!Не могло.»Она успокаивала себя и ледянящими руками теребила сумку.»Да,да!Это всего лишь плоды больного,восполённого,обезумевшего воображения!»
Но как отчётливо она видела эти глаза,свои глаза,глаза ребёнка,который хотел жить,но его столкнули с обрыва,возможно,того ребёнка,который жил глубоко в её подсознании и собирал её жизнь по кусочкам.
* * *
Она не спала.Вот уже несколько недель её мучила бессоница.Она ходила по комнате,ходила по улицам.Пила абсент и почти не жмурилась.Она нашла того красивого грека,с которым однажды проснулась и ту девушку,которая,как оказалось,была его сестрой.»Грека» звали Максом.Ещё много ночей подрят они просыпались вместе,и ей казалось, буд-то что-то есть в нём такого,что застовляло её на какие-то мгновенья забыться.Она улыбалась.Впервые за последние два или три года она от души хотела ему улыбаться.И не столько ему,сколько последним отцветавшим лепесткам своего «пластмассового»сердца.На его первое признание в любви,она лишь опустила глаза и прищурилась,как от жжавшей где-то в глубине раны.Потом гладила его по щеке и видела,как в из маленького очага страсти и увлечения зарождалась чувство,намного большее,навстречу новому,светлому и вечному,как это всегда бывает.Только не знал он,что его любовь не окликнется эхом в этом сердце,что это сердце хранит муки собственной боли и переживаний,что он всего лишь был для неё яркими днями оживления.Через несколько месяцев она от него ушла,оставив на подушке записку и обручальное кольцо с предложением «навеки вместе».Она не жалела.Она была ему благодарна за все дни и ночи,проведёные под «звёздным небом»,но в её сказке нет счастливых окончаний,в её «жизни» нет времени на вечность.
Много раз,просыпаясь среди ночи,Вика слышала тот страшный крик на набережной,а эта маленькая девочка стояла возле неё на коленях и о чём-то отчаянно умоляла.Но Вика не могла разобрать слов.Девочка начинала плакать.Тогда Вика вставала, брала её на руки и нежно гладила по волосам.
Однажды ночью Вика открыла глаза.Сквозь тьму и тишину ей слышался детский плач.Она обвела взглядом комнату,но девочки нигде не было.Она убедилась в том,что Макс спит и тихо встала с постели.Медленными шагами она обходила дом,прислушиваясь к всхлипам и писклявому шепоту.Дверь на кухню была закрыта,и именно оттуда очётливо слышался плач.Вика открыла дверь и…заорала.Прижавшись к стене,она закрывала лицо дражащими руками и медленно опускалась на пол.Затем в порыве безумия ею овладел дикий хохот.Она истерически смеялась,издавая непонятные звуки,похожие на обрывки слов с хрипом и визгом.Когда на её крик выбежал Макс,она была уже без сознания,а на её искозившемся лице застыл ужас.
Спустя две недели она сидела в городском саду и писала:
«Помнишь,Вик,нашу последнюю осень?Полтора года назад я видела твои глаза,слышала твой нежный голос и чувствовала твои тёплые руки.С того самого момента я очень жду осень…и тебя.Я очень полюбила осень.Наверное,потому,что она стала ближе мне по настроению души.Я всегда видела в осени много грусти,печали,может быть,даже горечи.А ещё она постоянная,спокойная;её слёзы-дожди — без эмоций и страсти,без грозы и грома.Она покорна и скромна,она неброска и молчалива,она горда и немного холодна,но она совсем не равнодушна.В ней теплится огонь прошедшего лета,его зной и бури.В ней хранятся воспоминания.Она безумно красива.Она — осень.
Наверное,это всё про меня.Навстречу осени во мне словно что-то расцветает для того, чтобы вместе с первыми морозами и снегами умереть навсегда.Я хочу быть такой как эта осень.Я хочу стать той осенью,которая нас разлучила с тобой.Я хочу лёгкой дрожью и прохладой проникать в самые заветные уголки ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО сердца,чтобы почувствовать настоящие переживания.
В Питере осень холодная и дождливая,ранняя и безжалостная.Я сижу в парке,а вокруг меня ветер кружит опавшие листья.Где-то пахнет костром.Кто-то одинокий тенью скользит меж деревьев.А там вдалеке по дорожке идёт ко мне Она,с длинными русыми косами,большими зелёными глазами и в белой шапочке.Знаешь,Вик,я смотрю на Неё и вижу твои глаза,вижу тебя.Она преследует меня уже несколько месяцев.Но я не могу с Ней заговорить.Она что-то хочет от меня,о чём-то просит,но я не могу Её понять.Иногда Она делает безумные вещи и я чувствую,что это моё накозания за то,что я Её не слышу.В первый раз я увидела Её, когда Она падала в реку с моста и ужасно кричала,и тогда я услышала Её крик.А однажды ночью,в тишине,я уловила детский лепет и плач.Я искала Её.И я нашла Её на кухне.Она висела под потолком.Толстый шнур одним концом обвивал Её шею,а другим был привязан к какому-то крюку на потолке,которого никогда небыло.Её глаза были открыты,Она смотрела на меня мертвым взглядом,а по Её щеке текла ещё горячая слеза.И мне показалось,что Она улыбается мне,что смеётся надо мной.Потом я,наверное,потеряла сознание,а когда очнулась,вокруг меня была белая комната,белый свет и люди в белых халатах,а в самом дальнем углу сидела Она и рыдала.Я закрыла глаза.
Через некоторое время я поняла,что меня бесполезно лечить от Неё.Я ушла от Макса и хочу что-то изменить.Мне страшно.Не знаю,почему,но мне очень страшно.Тогда,на кухне я сново посмотрела смерти в глаза и во мне что-то поломалось.Я боюсь Её.Мне кажется,я схожу с ума.»
Вика запечатала письмо в конверт и одела перчатки.Закутавшись в свой длинный шарф,она собиралась уже уходить,как вдруг рядом с ней на лавочку подсела…циганка.Увидев её,Вика немного оторопела.Она оглянулась по сторонам — людей практически нигде небыло,лишь иногда в далеке мелькала чья-та серая фигура.»Как я могла её не заметить!»-подумала Вика.Она посмотрела на циганку.Та с добродушным удивлением разглядывала Вику.На ней было всё,что причитается настоящей циганке:куча разноцветных длинных юбок,поверх которых был повязан такой же яркий платок,пёстрые разлетающиеся рукова,очень глубокое декольте на блузке и куча побрякушек на шее и запястьях,яркий макияж и длинные чёрные,как смоль волосы и тёмно-карие глаза.Первая мысль,которая пришла в голову Вике после того как она осмотрела циганку:как ей реально не холодно?Потом Вика решила,что она довольно таки симпатична.Кожа смуглая и упругая,глубокий,лукавый взгляд.
Они долго сидели молча,пока циганка не нарушила молчанье.
-Позолоти ручку,красавица,а я тебе на руке погадаю,судьбу расскажу!-она сказала это с такой иронией в голосе,что Вика не просто удивилась,а даже немного разозлилась.Что могла сказать ей циганка взглянув на её руку?Не больше того,что знала она сама.Потом Вика успокоилась и подумала,как было бы интересно посмотреть на лицо циганки,если бы она действительно прочитала по руке её судьбу.И Вика протянула циганке руку.
-Ты скоро умрёшь,-обсалютно спокойно сказала циганка,взяв Викину руку.
-Я знаю,-таким же тоном ответила Вика.И это нисколько не удивило циганку.Они пристально посмотрели друг другу в глаза.»Почему она так спокойна?Как-будто она каждый день встречает людей и говорит им,что они скоро умрут.»
-Вот и всё,что ты можешь мне сказать,-разочаровано отрезала Вика,отдёргивая руку.
-Нет,не всё,- перебила её циганка,-я могу рассказать тебе всё,что ты и сама знаешь.Ты просто не веришь,что я тоже могу это знать.Ешё больше тебя удивляет,откуда я взялась,а,возможно,и то,что ты сама этого хотела.
Вика посмотрела на циганку.
-Ты боишься,-продолжала та,-боишься своего одиночества,хочешь что-то изменить,но…от себя не убежишь и от Неё не убежишь.Хотя ты будешь убегать,пока однажды у тебя просто не останется времени,зато будет выбор,зато станет легче.Убегая сейчас, ты навсегда теряешь где-то там,далеко от сюда,где потеряла уже многое.
Циганка замолчала,а Вику охватил шок.Она еле скрывала лихорадочную дрожь,перебирая мысли в голове.Ей стало жутко.А циганка,немного подумав вырвала письмо из рук Вики и замахала им в воздухе:
-У тебя будет очень мало людей.И лишь двое из них будут твоими.Вернее трое,но третьего ты уже не увидишь,- и она сново замолчала,таинственно улыбаясь и приближаясь к Вике.
-Девочка,-прошептала циганка.Вика ошарашено посмотрела на неё,потом по сторонам и слёзы брызнули из глаз.
-Маленькая девочка,-продолжала циганка,-она так будет похожа на тебя!
Вика стала задыхаться.Она хотела что-то сказать,но циганка быстро отодвинулась и поменяла тему:
-Ты правильно делаешь,что пишишь письма.Когда нибудь их прочитают. Когда-нибудь тебе помогут,но ты должна будешь поверить человеку,поверить,как веришь сейчас в то,что я тебе говорю.
Циганка встала и улыбнулась,погладила Вику по щеке.Потом наклонилась и нежно поцеловала её в веки,собирая губами слёзы с ресниц:
-Не плач,Вик!Тебя любят,даже больше,чем ты себе представляешь.Значит вам суждено всю жизнь друг друга искать… и не найти.
-Я брошу письмо,-крикнула загадочная циганка,скрываясь за поворотом.И она исчезла.И её как-будто совсем небыло.Стало тихо и резко пошёл дождь.Вика сидела и собирала обрывки её слов.Ей уже было не холодно.Она не чувствовала под ногами замли,и даже на мгновение ей показалось,что её сердце перестало биться.Никто,никто кроме Него не называл её так по имени:Вик,и она закрыла лицо руками и самый родной голос в мире закричал в её душе:Вик,Вик,Вик!
Увидив за деревом свою маленькую девочку,она встала, взяла её за руку и, вся промокшая, пошла по аллее в никуда.
«Откуда в безлюдном,отдалённом,холодном,осеннем парке могла появиться как с картинки настоящая циганка да ещё и, рассказав всю правду,даже не глядя на руку и не взяв ни гроша денег за добросовестную работу,так заботливо поцеловать напрощание???А может быть….»
(продолжение следует)
