Нет во мне ни конца, ни начала.
Ни периодов нет, ни времён.
Вот судьба, как всегда, запоздала,
Не заметив моих похорон.
А хотелось мне росчерком шпаги,
Или пулей, в конце-то концов,
Рвать в куски чьи-то пёстрые флаги,
Или, может быть, плюнуть в лицо.
Я люблю свои рваные раны.
Я балдею от слёз по утрам.
Так присвойте ж мне званья и саны.
И впишите в священный Коран.
В дни молитв и постылых причастий
Я открою своё существо.
И кому-то обломится счастье,
А кому-то совсем ничего.
Опустею, накроюсь подушкой,
И увижу сквозь пыль и быльё,
Как за чёрной промасленной мушкой
Будет сердце маячить моё.