Кругом все потеряло форму, став обманным,
Безлюдно, тихо и ничьих шагов не слышно,
Пустым забвением громада леса дышит…
В нем бродит жрец разрушенного храма,
Прорвавшись сквозь беспамятство и сны
Маячит угольным пятном на фоне белом…
За ним, в могиле неба зрея мертвым телом
Следит всегда бесстрастный глаз луны.
Последний призрак отмирающих времен
Он монстр сумрачный, изваянный из тлена,
На тлен обратный всей природой обречен.
И вязь теней он рвет, как будто это вены
В которых стынет голубая кровь зимы:
— Пусть все утонет в волнах холода и тьмы!