Было это давно – ещё в прошлом веке. В небольшом шахтёрском городе, далёком от центров культуры и науки, жил совершенно обычный маленький мальчик. Малыш совершенно не любил стричься; с воплями и криками: «ни… хочу, больно будет…» он убегал от матери, которая с механической, ручной машинкой для стрижки волос, пыталась остричь сына под бобрик.
«Ну почему она такая плохая – почему так больно вырывает волосы?» – плакал пацан, жалуясь своей матери. И так всхлипывая, сидя за своим письменным столом, обиженный на технический прогресс малыш рисовал что-то на листе белой бумаге, в надежде что, то, что он делал сейчас, обязательно сбудется. Он не раз, сидя один дома, анализировал пережитые события своей ещё не совсем взрослой жизни и… общаясь «сам с собой» сделал вывод о единой системе информационного поля в связи живого и неживого… – Земли и Космоса…
– Что ты рисуешь? – спросил младший брат.
– Автоматический вакуумный цирюльник… Не видишь, что ли? Вот голова моя, а это на неё шлем одет, из пластика с двойными стенками и трубками для воздуха…
– А что это торчит? Палки какие-то…
– Это не палки, а трубки, к которым подсоединен пылесос для высасывания воздуха.
– А зачем?
– Ну, смотри сюда. Алексей взял карандаш и нарисовал большую трубку с волнистыми линиями внутри и перпендикулярными к стенкам черточками. Воздух, всасывает в трубки расположенные под стенкой шлема волосы, и они, мотаются там. А вот эти острые лезвия, – малыш показал на перпендикулярные линии, – срезают их.
– Хорошо… – прокартавил братишка. Теперь больно не будет постригаться.
– Да; и смотри вот сюда тоже… Форму шлема можно менять, под стиль причёски.
– Опять выдумываешь что-то… – заметила тихо подошедшая сзади и давно наблюдавшая за детьми мать.
– Нет, глянь, мам… видишь, как я нарисовал машинку эту. Она будет хорошо стричь и совершенно не больно. Любой наденет шлем и, посидев чуточку, будет красивым и опрятным. Ведь, правда?
Аккуратно перечертив всё заново, Алёшка, подумав минуту другую: «всё ли предусмотрел», положил листок со своим изобретением на подоконник. «На самое видное место, – проговорил он, – пусть видят, и оно будет сделано».
Шло время – около двадцати лет минуло. Малыш уж давно вырос и сделал не одно изобретение и рационализаторское предложение, став учёным и мыслителем. И… как-то сидя у экрана телевизора, увидел рекламу «своего воображаемого в далёком детстве, изобретении». Вот так мечты и сбываются.
А пацану, в тот день, было всего десять лет.
