Шумно правит бал мирской
Сатана,
А поэту-лирику давит грудь.
И межой проложена белизна,
Что зовется издавна: Млечный Путь.
Там кисельно пенятся берега,
Там ладьи плывут в молоке.
Моя жизнь прекрасному отдана,
Не продам и часть ее Сатане.
Мне перо гусиное и чернил
И бумаги лист, чтоб писать…
Я вам столько россыпей сочинил,
Звал потрогать их, посчитать.
Но напрасна боль моя — суета.
И звучит то реквием, то хорал.
Люди гибнут радостно за металл —
Значит…
я Ему проиграл.
