Ненужный дар.
Клонирование, овечка Долли, то, на чем все сейчас помешаны по сравнению с вещами, которыми занимался институт Николая просто детский лепет. Они экспериментировали с нанотехнологиями. Николай считал, что будущее именно за этим. Встроенные в живой организм нанороботы смогут делать такое, что до сих пор и не снилось. Например, лечить и восстанавливать сам организм, так, что о пересадках органов и обращениях к врачу можно будет просто забыть, люди смогут общаться без помощи внешних средств связи, и вообще, продолжительность их жизни возрастет в несколько раз. Все исправно получалось с отдельными тканями, нанороботы приживались и прекрасно функционировали, но стоило перейти к опытам с мышками и рыбами, как все рушилось, организм животных упорно не хотел принимать такое вмешательство. Результаты всех ранее проведенных экспериментов можно было просто списывать в архив. Николай был в отчаянии, он дневал и ночевал на работе, раз за разом пытался повторить эксперименты, но все безрезультатно – отдельные ткани пожалуйста, а организм в целом — никак. Шеф однажды посмотрел на него и вынес вердикт:
— Нельзя же так себя изводить! Не последняя это программа на вашем веку! На привидение же стали похожи! Берите недельку отгулов и езжайте куда-нибудь на природу.
Пришлось подчиниться. Отдохнуть Николай поехал в старый домик в селе, еще бабушкин. – комнатка и кухонька. Купить его желающих не нашлось, вот и была у них такая «дача». Отоспавшись и прогулявшись по селу, он решил вспомнить детство и отправился в лес. Стояла прекрасная осенняя погода. Прозрачный, светящийся лес и пряные запахи будоражили память и навевали что-то давнее, совсем забытое. На полянке Николай нашел целый выводок маслят и принялся их собирать. В полусогнутом состоянии он наткнулся на поваленное дерево и присел отдохнуть. Прикрыл глаза и удобно устроился погреться на позднем солнышке.
— День добрый, — услышал он вдруг чей-то голос.
От неожиданности Николай вздрогнул. Через поляну шел бородатый человек c палкой и старым брезентовым рюкзаком за плечами.
— Здравствуйте дедушка! – обрадовался Николай, он помнил старика еще с детства (уже тогда тот был очень стар), тот всегда жил на краю села, почти в лесу и сторонился людей, но где и что растет знал лучше других, — как жизнь?
— Эхе хе! – подошел ближе старик, — наша жизнь известно какая. А у тебя как? Что-то выглядишь не больно веселым, — старик присел рядом отдохнуть.
— Да кому сейчас легко? – вздохнул Николай, — работа поджимает.
— И какие ж у тебя с нею нелады? – поинтересовался дед, — рассказал бы старому, я конечно, не профессор, но чай жизнь прожил немалую, может что присоветую.
Николай, внутренне посмеиваясь над собой, принялся коротко рассказывать суть своей работы.
— Ишь чего измыслили! – Удивился старик, — хорошо, конечно, да не выйдет!
— Это почему же? – Загорелся Николай.
— А второй раз мало что выходит, — пояснил дед, — ОН все помнит и навряд ли позволит. – Он принялся счищать с одежды невесть откуда взявшиеся зеленые листики и вынимать палочки.
— Что значит «второй раз»? – не понял Николай, ему вдруг вспомнилось, что старика раньше за глаза называли чертом лесным.
— Ну раньше как было, лешие, водяные всякие, они с лесом, водой или домом едины духом были. За всем следили, в порядке держали, — дунут – лес за ночь вырастает или озеро чистым становится. То деревом, то корягой прикидывались, чтоб не замечали их. – Старик топнул ногой и оборвал появившиеся по краям ботинка корешки. — К НЕМУ обращались, и бывало даже ноги отрубленные вырастали. Потому как все это человек может, забыли только. А лешие с водяными тоже не с неба падали. Которые из людей лес да землю по особому чувствовали, те ими и становились. ОН их делал едиными духом со всем этим. А у тебя что будет – едиными духом с вашими железяками . Так железяки поменее людей живут. Да и города сейчас не дышат, неживые они..
— А куда же все лешие и водяные подевались? — Не выдержал Николай, рассказ старика его изрядно позабавил.
— А ненужными вам стали, — ответил дед. – Люди сами хозяйничать захотели, о НЕМ забыли, вот ОН и заснул, а лешие и прочая братия, хоть и не умирали от старости, но сам посуди, леса все меньше, земля не дышит, воды для питья пригодной тоже, ОН спит, сил взять неоткуда, вот и они тоже уходить начали. Без надобности, стало быть, вам стали. А эти твои нанотехнологии, словечко-то какое, — хмыкнул дед, — точь в точь как было раньше, вот ОН и мешает, раз вы от его дара сами отказались.
Николай вдруг вспомнил, что старика раньше всегда звали если хворала домашняя живность. Он шептал что-то на ухо зверюшке, и та выздоравливала. Что раньше в деревне не было ни одного человека с плохими зубами, старик делал какой-то настой, от которого, как поговаривали, даже щербатые зубы становились целыми.
— А кто этот таинственный благодетель, Бог, что ли ? — Улыбнулся Николай.
— Зачем Бог, пожал плечами старик, — вы, я слыхал, зовете его чудно – Ноосфера, — а мы раньше звали просто – Ирий, дух земли, стало быть.
11/14/2004