Зеркало.
В небе клином, с ревом турбин перелетных птиц,
Поднимают глаза со страхом разворованных и проданных границ.
Отражаясь в окнах посеревших, замерзших луж,
Вокруг сотни людей, с лицом мертвых, холодных душ.
Из грязных домов глядит на прохожих ужас бомжей,
Вновь открывает ставни подвал, с руками-культями этажей.
Время идет, но не знает законов пыльных земных дорог,
Из железной ограды вырастает край деревянных дрог.
Не родившись и злобно проклиная багрово-белесый свет,
Дети ждут возвращенья, ждут сотни бесконечных лет.
Падает сверху изменив свою суть, став не тем и ничем лед,
В душной комнате, без дверей и окон, подведен своей жизни итог.
Став бессмысленным и никчемным, умирает на кладбище мертвый закат,
Защищает от страха проржавевший, гнилью воняющий крыши скат.
А в стене чей-то глаз шепчет подлость и злость, мешает грязь,
Стаи волков в темноте подступившей, грызутся и рвут одинокую власть.
Куски сердца стучат в опаленную черную желчью и жадностью грудь,
По тротуару водитель везет нераспроданную детям ярко-бледную ртуть.
Изменив направленье, бродит в своем представленье кровь,
Страшный клоун достает револьвер, разрежает обойму в глупую любовь.
С криком медленно падает, выпустив когти, безразличная смерть,
Смысла нет в движении, стиснув зубы, остается бессмысленно жить и терпеть.