Я стать бы рыцарем хотел
и донкихотствовать по свету,
и совершить сто добрых дел
во имя Той, что краше нету.
Ее упругий нежный стан
и ландышевая улыбка,
глаза, как утренний туман,
когда посмотришь в низ так близко.
Я воевал и умирал
под голубым испанским небом.
Во имя милой донны я
сражался с мельницами смело.
Теперь, куда ни попадет
моя надменная сеньора,
Ей каждый оду пропоет
восславя красоту от Бога.
А вдруг Ее влечет другое?
Что жаждет женская душа?
Ночных томлений на балконе,
гитарных струн, любви огня?
И треплет розу машинально,
ждет, чтобы сердцем полюбить,
когда удачливый идальго
Ей серенаду посвятит…
Ее упругий нежный стан
и ландышевая улыбка,
глаза, как утренний туман,
когда посмотришь в НИЗ так близко…
🙂 🙂
Понятно, что опечатка, но зато ПО ФРЕЙДУ!
🙂 🙂 🙂
Дон Кихот (очарованно):
О, как прекрасен ее низ!
Глаза подернулись туманом…
Во где реальный парадиз!
(вскидывает копье и несется к мельнице)
Санчо (вздыхает, опустив голову):
Эх, Зигмунд, не легко с болваном!
:))