В музеях тысячи картин,
скульптуры, золото, знамёна,
на площадях стоят колонны —
ещё египетских седин.
Талмуды древних мудрецов,
писания чужих религий
и, в плен захваченные, книги
иных народов и веков.
Короны королей, цариц,
монеты, кольца,серьги, слитки,
фарфор и чаши для напитков,
и бюсты приближённых лиц.
И как похожи меж собой
Парижи, Амстердамы, Римы,
Берлины, Вены и Мадриды,
и даже тихий Лиссабон.
Как предсказуемы они:
и переписанность историй,
и обязательность \»Асторий\»,
и увядание границ.
Подобие придворных дам,
навоевавших кавалеров,
во всём не ведающих меры,
дурнеющих не по годам;
но время тратящих не зря —
приёмы, пышные салоны,
проводят время полусонно
и в ожерельях янтаря.
А времена уже не те:
соперницы умнее стали,
теснят на старом пьедестале,
не уступая в красоте…
Поникли Лондон.., Петербург…
И это снова повторится,
когда Нью-Йорк остепенится
и Вашингтон — моя столица —
старея, свой закончит круг.
