Эта смешная девчонка сидела на корточках и курила. Курила вот уже пять минут, одну сигарету за другой. Причем курить-то по сути она не умела и хотя первые пять сигарет пролетели в один миг, на шестой девчонка все же закашлялась, а следом разрыдалась. Ей было лет пятнадцать, не больше. Про крайней …
Она проснулась. Голубые глаза широко распахнулись, губы хранили отпечаток крика, руки вцепились в старое одеяло. Она очень хотела дойти до кухни и попить. Простая, чистая вода прогоняет кошмар, освежает мысли, успокаивает. Ей бы встать, включить свет, выйти из комнаты… она поняла, что не может встать. Поняла, что даже пошевелиться не …
Раз — хлопает дверь. И — тишина. И — одиночество. Старые часы плачут. Старые, добрые, они постоянно пытаются остановить время. Остановить, помочь, оставить. Только бабушка не согласна — самоотверженно отпускает она время, бранит часы. И беспощадные мгновения скачут, расталкивая друг друга. Наперегонки бегут минуты. А вокруг — пусто. А вокруг …
— Нет, ну как же это так, а? – Растерянная старушка складывала в узелок давно истлевшие вещи. Так, что еще надо? Скатерку жалко будет оставлять, да она и маленькая совсем… самоварчик обязательно. Эх, это ж сколько тащить-то. Годы уже не те. — Ты давай собирайся лучше быстрее! – Дед, как-то …
Женщина! Девка! Вот именно – девка! Ничтожная девка! Он в плену у какой-то ничтожной девки! Оборванки! На ней и одежды-то нет, лохмотья одни! Как она посмела! А правда, как она посмела? Вернее даже не посмела, а сумела его, крепкого парня затащить в эту дыру, называемую ее домом. А как она …
Женщина! Девка! Вот именно – девка! Ничтожная девка! Он в плену у какой-то ничтожной девки! Оборванки! На ней и одежды-то нет, лохмотья одни! Как она посмела! А правда, как она посмела? Вернее даже не посмела, а сумела его, крепкого парня затащить в эту дыру, называемую ее домом. А как она …
Вы когда-нибудь боялись что-нибудь забыть? Боялись до ужаса, сжимающего сердце в тиски, до ужаса, встающего поперек дыхания, ужаса, замораживающего мысли, оставляющего только одно слово, пульсирующее в висках «помнить, помнить, помнить»? Так боится любящий после смерти любимой. Боится забыть ее голос, боится забыть ее глаза, и стоит, стоит над гробом, впитывая …
Шум дождя в тишине небосклона, Шелест ветра в листве пожелтевшей, Стук колес в переходах вагона, Хруст бумаги, в камине истлевшей. Крики птиц в предрассветном тумане, Звуки струн в одинокой квартире, Шорох мыши в заросшем бурьяне, И безмолвие в мире эфира. Шепот нежный в любовном порыве, Звон часов в темноте подступившей, …
Старый бес по имени Зеловед с интересом наблюдал за парочкой мальцов – рыжим чертёнком и ясноглазым херувимчиком, которые возились неподалёку. У чертёнка уже проклюнулись сизые рожки, и херувимчик упрашивал его дать их примерить, предлагая взамен едва отросшие крылышки. Зеловед расхохотался, представив себе, как будут выглядеть рогатый херу-вимчик и чертёнок с …
Ночь, комната, компьютер, мышка, Бессмысленый экрана свет, Страницы порносайта вспышка- Все это просто интернет. Сидит за монитором Колька, Ничем бедняге не помочь, Ведь для него остались только Компьютер, комната и ночь….