Хорошо на Руси зимою!
Снег искрится, что даже больно.
Дремлет лес, отдыхает поле,
На душе и на сердце вольно.
Ехал полем мужик с попойки,
Возвращался, проведав тестя,
И бежала лошадка бойко
Мимо ставшего сказкой леса.
Лошадь знает дорогу к дому,
Да на кочке тряхнуло дровни,
Мужичок повалился комом,
Белый снег, будто жёнку, обнял.
Колесом покатилась шапка,
В кудри с проседью снег набился.
Повернув подошла лошадка:
— Что, хозяин, с тобой случилось?
Ну, вставай же, ну что ж такое,
Дома сено, тепло и дети.
Тоже выдумал спать на поле…
Ну, вставай же, теперь не лето…
И копытом она толкала,
И зубами она тащила,
И в душе про себя ругала,
Напрягая до пота жилы.
Вот уж близко родные хаты,
Как невесты стоят берёзы,
у колодца судачат бабы,
щёки красные от мороза.
Подбежали они несмело,
да и начали громко охать,
А она, в небеса храпела —
Верный друг или просто лошадь.
Пот струился, с боков стекая,
А в глазах отражались хаты.
Что ж ты, Русь, за страна такая,
Где так пьют и душой богаты?!
А мужик был мертвецки пьяный,
Отморозил лицо и руки.
Кровь сочилась на снег из раны,
На вопросы в ответ ни звука.
Положили его на сани:
— Ну к чему так, скажи, напился?
— Лишь бы выжил, семья большая.
Тяжело потерять кормильца.
А лошадка трусцой бежала,
Громко наст под ногами хрупал,
И кружился снежок, и таял,
Прикасаясь к гнедому крупу.
Плохой язык, миллион замечаний по технике.
Так и давайте свой миллион. Или так легче?
Не знаю, как там насчет миллиона замечаний, но кое-что во всяком случае я хотел бы отметить.
Например, смысл слов «снег искрится, что даже больно», не так уж и очевиден. «Что болит?» — хочется спросить автора. Думается, хоть какой-то намек на зрительные органы и их способность воспринимать окружающий миг необходим.
Второе. «Отдыхает поле» и через строчку — «ехал полем». Не рановато ли повтор?
Нечто подобное можно сказать и о другом слове. Или стихотворение пресное и вроде бы порядочной дистанцией (восемь строк) разделенные «близняшки»-«хаты» кажутся «близко посаженными», или я чего-то не понимаю.
В-четвертых. Разве можно подбегать несмело (см. 8-е четверостишие)? Подойти несмело — это я еще понимаю, но подбежать…
В-пятых. Жилы и мышцы — синонимы? Первые, что, напрягаются так, что пот от того выступает? Если мои сомнения напрасны, успокойте, пожалуйста.
В-шестых. Из области наблюдений. Наст — это же, грубо говоря, плотный, укатанный снег, корка эдакая. Действительно ли он громко хрустит? Например, как свежевыпавший подмерзший снег? Может, все-таки слово «громко» излишне? Снег у Вас, конечно, падает, но наст тут ни причем: хрупать будет не он, как ни крути.
В-седьмых. Может хватит штампов про пьяных и попойки, великую русскую душу, которая при том умудряется уживатся с явным или скрытым алкоголизмом? Может, хватит фраз вроде «Хорошо на Руси зимою!», а? Ладно бы Вы совершили художественное открытие, но ведь в произведении ноль целых ноль десятых (без обид!) истинного Креатива! Международный конкурс по статусу, надеюсь, не приемлет подобных «оригинальных» ходов.
В-восьмых. «…Да и начали громко охать…» Как относиться к тому, что союзы «да» и «и», имеющие одинаковый смысл (значение «и») идут друг за другом? Explain, please!
В заключение пожелаю Удачи в творчестве.
Экспериментируйте — это залог успеха.
И помните слова польского афориста Доминика Опольского: «По своему следу себя не отыщешь».
С уважением
и без намека на морализаторство,
Дмитрий.
Стихи могли бы по-настоящему брать за душу, если бы не строчки «Что ж ты, Русь, за страна такая, // Где так пьют и душой богаты?!» Неувязка получается: душой-то здесь богата лошадь, а разве она что-нибудь пила, кроме воды? Выходит, на самом-то деле одни пьют, а другие проявляют свое душевное богатство, спасая их от последствий (и не только лошади, чаще — «бабы»…) — тогда зачем между этим союз «и»? На фоне этой вопиющей неувязки соглашаешься с Дмитрием Комаровым во всем, кроме «в-восьмых»: «да и начали громко охать» — хорошее, очень подходящее просторечие.
Мой совет автору, с одной стороны, да и Дмитрию, с другой: попробуйте чем-то заменить строчку «Где так пьют и душой богаты» (возможно, придется переделать все четверостишие или несколько, это ничего, тем более что хаты там, действительно, повторяются) — и очень может быть, что ничего больше менять будет не надо! Может, тогда даже особенно царапающая меня строчка-пародия на одесский выговор «Снег искрится, что даже больно» будет смотреться как нормальный опознавательный знак для отнесения этих стихов к концу ХХ — началу ХХI в. Без нее бы слишком пахло XIX-м!
—————
Уважаемая Юлия.
Что касается строчки про богатство души и вредную привычку пить алкогольные напитки, то я не автор и посему не намерен что-либо менять в стихотворении. Восьмое же мое замечание в рецензии считаю необходимым. Просторечие просторечием, но, думается, лучше избегать подобного в 21-м веке. Может, конечно, к этому я и отнесся бы благосклоннее, если бы семи предыдущих замечаний. А так, пардон-с…
С уважением,
Дмитрий
—————
По поводу этого стихотворения произошла довольно оживлённая перепалка между читателями, в которой, как говорится, все оказались правы. Особенно грамотно и исчерпывающе проанализировал текст некто Дмитрий Комаров. Некоторые его замечания настолько точны, что их хочется повторить ещё раз. Да вот, например:
«В-четвёртых. Разве можно подбегать несмело (см. 8-е четверостишие)? Подойти несмело — это я еще понимаю, но подбежать…
В-пятых. Жилы и мышцы — синонимы? Первые, что, напрягаются так, что пот от того выступает? Если мои сомнения напрасны, успокойте, пожалуйста.
В-шестых. Из области наблюдений. Наст — это же, грубо говоря, плотный, укатанный снег, корка эдакая. Действительно ли он громко хрустит? Например, как свежевыпавший подмерзший снег? Может, все-таки слово «громко» излишне? Снег у Вас, конечно, падает, но наст тут ни причем: хрупать будет не он, как ни крути.»
Подписуемся под каждым из этих «в-четвёртых» и «в-пятых». Но есть ещё и «в-седьмых», где Дмитрий переходит к обсуждению содержания, а не формы:
«Может хватит штампов про пьяных и попойки, великую русскую душу, которая при том умудряется уживаться с явным или скрытым алкоголизмом? Может, хватит фраз вроде «Хорошо на Руси зимою!»
И согласны, и не согласны. Есть область вечных национально-человеческих архетипов, и то, что описано в стихотворении, увы, из их числа. И потом, так ли уж часты появления крестьянина-мужика (пусть и пьющего) на страницах современной поэзии, современной литературы вообще? Она сегодня вся в столичных салонах и на цирковых представлениях имени Дмитрия Пригова. Не укорять, а похвалить нужно бы автора за то, что он возвращает некрасовское начало в эту оранжерейно-интеллигентскую среду.
Что же касается «Может, хватит фраз вроде «Хорошо на Руси зимою!», то тут, пожалуй, Дмитрий прав. Это действительно штамп, повтор, восклицание ради восклицания — но оно опять-таки почёрпнуто у Некрасова.
Короче говоря, появление этого стихотворения в поэтическом разделе «Золотой номинации» — хороший знак. Из него явствует, что электронно-компьютерная цивилизация не окончательно оторвалась от первичных знаменателей бытия и от того, кто её, собственно говоря, кормит.
Дмитрий Пригов Тексты пишет, а Вы даже рецензию самостоятельно написать не можете.
Очень жаль.
P.S. А Вы в буфер копируете или вручную набираете?