Я стою в толпе журналистов посреди недавно открывшегося супермаркета. Все вокруг излучает уверенность в завтрашнем дне — сытом и благоустроенном. Пестрые коробочки причудливой формы, изящные флакончики, деревянные бочочки с вином, мягкие игрушки — весь этот край изобилия действует магнетически. Кажется, пока ты здесь, тебе ничто не страшно. Наверное, поэтому покупатели не спешат выпадать из этой сказки и пользуются своим правом беспрепятственно любоваться ее интерьерами. И мечтать.
\»А что если купить совсем чуть-чуть мидий? — слышу я голос справа… — Надо же когда-то попробовать…\»
Оборачиваюсь и вижу — неопрятная полная женщина средних лет мечтательно смотрит на старушку, сосредоточенно копающуюся в кошельке… \»С ума сошла! А потом — лапу сосать?\» — бурчит та, и я чувствую, как медленно потухает огонек в глазах неопрятной, как мысленно перечеркиваются ею нафантазированные только что рецепты — один за другим… Впрочем, ненадолго — она кидается к другому прилавку и пытается уговорить консервативно настроенную мать на что-то попроще… Как ребенок прямо.
Перевожу взгляд на хозяина магазина… Он чувствует себя как рыба в воде и явно находится в эйфории. Размахивает руками, описывая перспективы развития супермаркета, шутит, делает молоденьким журналисткам комплименты… \»Вы уж совсем-то не ругайте меня в своих журналах… \» — кокетливо улыбается он, но отчего-то кажется, что ему глубоко наплевать на то, что там в очередной раз набрешут эти шавки-писаки. Они в свою очередь жадно ловят цифры, вылетающие из его уст, и фиксируют их — кто на диктофон, кто на бумагу… У них свои цели — выбить как можно больше конкретики, раскрутить директора на обнародование как можно более сенсационных данных. Это игра такая. Взрослая.
Зря я отвлеклась. Снова пролетела мимо премии.
Мы переходим в другой зал — \»конфетно-кондитерский\»… Ух и сладкий же ты, директор! Ну и хлюст! Прохвост просто! Почти купил… Интересно, это у тебя природное обаяние — или ты речь три часа перед зеркалом репетировал? \»Ой, а это зачем?\» — раздается голос самой молоденькой журналистки. Все взоры устремляются на нее. Глупенькая, правил не знает: нельзя перебивать директоров, когда они информацию расточают. Собьешь настроение — потом самой придется додумывать, что он там \»говорил\»…. Но недоумение в глазах журналистской братии моментально сменяется умилением: девчонка нагнулась над клеткой с живым кроликом. На клетке — надпись \»Кролик Пупсик.\» и чуть ниже — \»Просьба кролика Пупсика конфетами \»Золотой петушок\» не кормить!\» Чуть поодаль — попугай Ипполит, который отчего-то так же точно \»не любит\» конфеты \»Рафаэлло\» и рыбки, которые судя по отсутствию надписей на аквариуме, жрут все, что им дают.
Директор распрямляет плечи… чувствуется, что это его звездный час. \»А это — кролик Пупсик! Я на него капусту списываю!\» — и, с удовольствием наблюдая, как до нас доходит его шутка, добавляет:\»25 килограмм уже списал!\» \»А если серьезно?\» — в глазах девчонки — неподдельное любопытство. Дура. Не о кроликах же ты в экономических изданиях писать будешь! Хотя…
\»А кролики — это не только ценный мех… — продолжает директор. — Это еще и денюшки. Детки, которые читать умеют, у мам спрашивают:\»А почему Пупсика нельзя кормить конфетами?\» А наш консультант тут же отвечает:\»Потому что они такие вкусные, что Пупсик вечно ими объедается!\» И в восьми случаях из десяти дитя \»раскручивает\»-таки родителей на эту покупку, будьте уверены! А в следующий раз дети сами просятся в этот магазин — как бы и магазин и зоопарк в одном флаконе… А они же — самые главные наши покупатели! Такую истерику иной раз закатят, что….попробуй не купи!\»
Во время этой тирады к прилавку подходит пухленькая девочка лет пяти, одетая в миниатюрные джинсики, крошечные туфельки на небольших каблучках и топик на бретельках. А в волосах — точно такие же банты, какие на мне были когда-то…. Она \»прилипает\» к клетке с кроликом. В глазах — интерес и азарт. Кажется, еще немного — и начнет с ним разговаривать. Странно, что не задает взрослым никаких вопросов. Неправильный ребенок. И эти банты… в сочетании с прикидом… Ох уж эта мода наряжать детей как маленьких фотомоделей!
Размышляя таким образом, я все же ловлю отдельные фразы из того, о чем вещает директор. И вдруг слышу какой-то странный, казенно-безжизненный голос, явно неуместный в этой ситуации:\» И на сколько процентов это животное позволяет увеличить объем продаж конфет?\» Мне требуется не менее десяти секунд на то, чтобы понять, что это мой голос. И почему-то становится страшно.
\»На 27,7% — весело \»стреляет\» в меня заготовленным ответом директор.
И страх уходит. Я гляжу на девочку. Она радостно улыбается кролику, и мне кажется, что он улыбается ей в ответ. Она счастлива, потому что не поняла смысла долетающей до нее беседы. А я счастлива, потому что добилась реальной цифры и смогу насытить теперь ею статью… Мой редактор будет мною доволен. Ровно на 27,7%.
