Морис Карем   Из сборника    \»Зазеркалье\»


Морис Карем Из сборника \»Зазеркалье\»

Святая простота

Имел он стол, сколоченный грубо,
Пяток гравюр, исполненных тонко,
И мебель имел — не мореного дуба,
Но все же — два стула и кресло (плетенка),
В которое мог бы сажать ребенка,
Когда б не дырявым было сиденье
И если б к тому же имел ребенка,
Которого он не имел, к сожаленью…
Была еще узкая щель оконца
С прекрасным видом на грязные крыши,
Сквозь эту щель забегало солнце,
А по ночам откуда-то свыше
Его навещали глазастые звезды,
Поскольку без шторок было оконце,
Как и его открытое сердце —
Такое жаркое и большое,
Что в долгие зимние ночи, порою,
Господь заходил туда,
Чтобы согреться…

Блокнот

Он вечером открыл блокнот
И обомлел: луна
Писала, сзади-наперед,
ЧуднЫе письмена.
Стекали капли серебра
(То слезы или пот?)
На белый лист из-под пера…
И ликовал блокнот.

Чтоб им двоим не помешать,-
Блокноту и луне,-
Не стал он лампы зажигать
И задремал во тьме.
Но и в ночи, в тревожном сне,
Томил его секрет:
Что там оставил на листе
Сумбурный лунный свет?

При ярком свете поутру
Он поспешил узнать,
Что было лунному лучу
Угодно написать?
Блокнот блаженно спал в углу,
Он стал искать тот лист…

Все оказалось ни к чему:
Был лист и бел, и чист!

Душа

Он отмывал добела свою душу,
Тщательно скреб ее и полоскал.
Вынес затем, чтоб сушилась, наружу
И на веревке ее распластал.

Сам, улыбаясь, уселся с ней рядом.
Словно белье, просыхала душа.
Ветер весенний метался над садом,
Солнце свершало свой путь неспеша.

Вдруг он заметил в одном уголке,
К счастью, не на лицевой стороне,
Нечто, как метку на простыне.

Снова он тер и стирал это место…
Зря! Не смывалось нисколько пятно —
Алым цветком проступало оно,

Формой — подобие сердца.

0 комментариев

Добавить комментарий