Из цикла \»Скорбь\»
————————————-
***
Взглянув на эту сумрачную даль,
На жидкий свет, что немощен и редок –
Познай же, друг, нелегкую печаль
Заплаканных донельзя черных веток.
Здесь жар, здесь электричество и смех,
Живое любопытство и участье;
А там – одно качанье без утех,
И темнота, и голод, и ненастье.
Один лишь ветер, будто старый друг,
Не забывает с ними совещаться;
И, налетев, он просит их недуг
Опять болеть, и плакать, и качаться.
1 октября 2001
он просит их недуг-lychshe -prostitsja ih nedyg.Nedyg bolet\’ ne moget.a tak neploho
Спасибо!
Душевный недуг именно таков — внутри ощущается всегда, но иногда чувствуется особенно остро.
Красиво, самобытно…
Оля красивое получилось стихотворение. Единственно, что во втоьрой строчке жидкий свет и немощен и редок, как бы повторение одного и того же… хотя и не портит стихотворения, но может все же можно было бы найти что то другое, стихотворение от этого бы выиграло.
Возможно… Подумаю!
Но хотелось усилить немощь и бессилие…
Спасибо, Семен.
Мне понравилось, только смутили немного две последние строчки \»недуг\», \»болеть\»… не тафтология ли это?
О нет! Я понимаю, конечно, это вопрос весьма тонкий…
Но душевный недуг, т. е. скорбь, или невосполнимая утрата — именно таковы, и тот, кто познал это — со мной согласятся.
Душевный недуг, когда острая фаза его проходит — просто сидит внутри — но стот чему-либо созвучному появиться перед глазами… Т. е. это такая законсервированная болевая точка, рана, которая вскрывется от малейшего соприкосновения или напоминания, даже такого невинного.
Это надо пережить.
Скорбь, вызванная потерей человека — сама по себе тавтология: боль на боли, и еще сверху боль. Как еще о ней скажешь? Когда я писала эти слова — фотографически точно передавала свое состояние.
Слишком уж уныло!
Желаю побольше оптимизма! И поменьше глагольных рифм.
С уважением,
Татьяна
Утихни, ветер, смолкни шум ветвей,
И грусть её, пожалуйста, развей… :))
***
Сопереживая, но с самыми ободряющими пожеланиями,
И грусть бывает красивой.
Удачи Вам! 🙂