Автоответчик пропищал и заговорил ее голосом:
— Придешь — свистни? Нет, только не надо при этом бросать камень в окошко. Ваша Маша.
Писк окончания сообщения и я нажимаю кнопку перемотки, дальше слушать не хочется. Снимаю еще не снятую вельветовую куртку, бросаю ее на кресло.
Говорю шепотом сам себе:
— Надо было раньше предупреждать… свистнул и… бросил. Наверное, привычка.
Звоню, и повторяю ей на автоответчик:
— Надо было раньше предупреждать… свистнул и… бросил. Наверное, привычка.
В голосе звучит строящая настроение ирония и звон разбитого стекла. В ответ только короткие гудки.
Позвонила она через полчаса, молчала, пока я не сказал:
— Не попал? Привет…
Ее слова журчали, почти полное спокойствие при расслабленной позе на диване: плед, кофе, корзинка пироженного.
— Занят, серьезный мужчина?
— Да, немного… но тебе рад. А ты, не занята? Как вечерние размышления?
Вчерашним вечером мы долго говорили о предсказуемости поведения каждого. Азартно говорили, не чувствуя вкуса глотков импозантного Мартеля, кусочков сушенной дыни и посеченного миндаля.
— Я думала… И, знаешь, к какому выводу пришла? Это ничего, кстати, что я тебя серьезным назвала?
— А я несерьезный? Вот те на…
— И серьезный, и уважаемый… Все-таки, о нашем поиске темы… Ты уже придумал и…
— И…?
Я должен был предсказать ее описание чего-либо. Так азартен я был, что моя внутренняя уверенность ТОГДА, завела меня в невозможность уступить. \»Женщине? Не уступить? Как ты мог?\» куражилось мое внутреннее благоразумное \»я\».
Она смотрела уже в корень проблемы, в точку сути:
— Это не должно быть какое-то событие. Это, как мне кажется… или явление, к примеру, гроза, дождь… Или что-то односложно существительное… Скажем, чайник, кофе… А?
Закричал своими переливами мобильный. Машина внизу, поэтому…
— Извини, срочный выезд. Через пару часов, хорошо?
— Думай там в пути. Да не обо мне…
***
Прошло и два, и три, и четыре часа. Работа брала все, что хотела. Звонки чередовались с поиском ответа на вопрос современности — \»а судьи кто?\» Вечер заставил вспомнить о усталости и возможности оставить все это до завтра. Откинувшись в кресле, ни о чем не думал. Бродил.
Ее звонок был особенным.
— Вау-вау, я почти свободна… Ты думаешь о предмете?
— А ты уже собиралась уходить?
— Я жду, как стукнет дверь — улетаю… Может, минут пять, десять… Мне уже так хочется скорее на улицу.
Закрыл глаза. Поползли образы усталости, обволакивающей ваты, полутемноты.
— Гроза… небо… солнце… море… — перебирались ассоциации для остановки внутреннего прожектора, — хочется чего?
— Нет… это очень широко… Давай, поуже… А?
— Скорее, скорее, а то ветер унесет последние шорохи сонного утреннего сквозняка, — медленно произносил я в трубку. — Грохот от закрывающейся подъездной двери…
— Не начинай… Можно про ветер… — Она говорила с паузами, в которых тишина шутила. — Ты помнишь, что основной фокус был в моей предсказуемости в ответе тебе, помнишь?
Помню, конечно помню. Но образы, разносящиеся по всему незанятому ее тишиной пространству, уже не остановить.
— …лампочка так проблескивает, и… остается позади… я поднимаюсь…
— Хорошо, пусть грохот… Да? Грохот? Или стук?
— Грохот… как камнепад. Как лавина нагромождений и несоответствий…
— Ну? Как? Подписываемся? Грохот… У каждого свой грррохот… В этом-то и вся соль.
— Как булыжник о стекло? Какой неприятный звук! А так хочется, так хочется…
— Нет, давай грохот двери… Давай?
— … и так хочется… так хочется не слышать этого грохота…
— Болтушка, тормози… Ну?? Твое последнее слово!
— …заткнуть уши… закрыть уши ладонями… заиндеветь от нарастания первых звуков…
— Тссссссс… ты что!!! Не так же быстро…
— …и уйти в самую макушку от осязания… физически!
— Стой!! Укушу сейчас!!
— …закрыть глаза…
— И дернуть за хвост! Так, ты можешь строчить, что хочешь, а я — своё. Погоди, давай сначала организационно решим… Можем?
Меня куда-то закруживало, не давало остановиться и воскресить разумные нотки прикосновения…
А главное, не давало открыть глаза!
— …и передернуться от эхообразного повторения дребезжащих волн… грохота еще только начинающей грохотать двери…
— О-о-о-о-о… Ты моей смерти хочешь?
— …а представить подставленную руку под… грохот!?
— С рукой – неплохо…
— …грохот предвестник боли… а… а…
— Больно, хороший?
— …истерика начинается с предвкушения…
— Убежала, целую, думай, береги руку, нос и хвост. До завтра!
Знаем, Знаем. До завтра!
— Ты уже дважды убегала… ты слышала гулкое эхо в высоком одиноком пустом подъезде, когда грохот закрывшейся двери уже…
Молчит.
— …
— …закончился…
Молчит, но дыхание слышно.
— …
— …не переходи в режим спиралевидного ускорения, всего должно быть в меру…
Молчит, но так хочет сказать! Дыхание затаилось.
— …
— Итак… кто тихо, кто громко… кто просто от нечего делать… смотрели, играли… и скромно ждали… когда…
И… не выдерживает! Сейчас, вот сейчас… сейчас.
— Ты все?
Какой у нее красивый голос!
— А…а… А ты еще здесь? Ты же ушла? — испорченно радуюсь открытию дверцы в светлое.
— Ушла, но тема за тобой…
— … закроется дверь.
И дверца закрылась.
