Картина

“Картина”
На старых ,видавших виды ,параходах — каюты — небольшие :
Коечка ,проход к столику у иллюминатора ,да шкаф — переодеться —
с рабочего в чистое.
Отделка – фанерой ,да ещё — лаченой много раз ,каждый средний
ремонт. Оттого — тепло и как-то мрачновато.
Поэтому — каждый украшает свою каюту по своему : в силу таланта
и пристрастий.
Мне же досталась каюта от прежнего жильца — с картиной над
кроватью. Картина — метр на полтора ,писаная маслом
по холсту ,крупными ,плотными мазками, фиолетово -зелёная.
Те ли от времени ,то ли от настроения во время живописи у художника —
изображение на ней было настолько тёмное ,что разглядеть
ее можно было лишь при свете сильной настольной лампы,
направленной в упор : какие-то дикие кусты ивняка ,речка
и покосившийся бревенчатый домик с тропинкою к нему.
Ну ,висит и висит ,есть — не просит.
Однажды ,во время качки ,когда жизнь на корабле замирает ,и делать
совершенно нечего ,я — лёжа на коечке — стал размышлять ,но
не о том ,что на картине этой было изображено ,а — почему её
вообще изваяли? И в один из дней ,когда мы завернули за группу
небольших островов ,чтобы переждать шторм ,я поплёлся в ходовую
рубку — узнать новости и вообще : \»поговорить за жизнь\».
В рубке — было оживлённо : штурман что-то чертил в карте,
прокладывая новый курс, боцман и рулевой — тихо резались
в углу в карты \»на щелбаны\». Второй механик слушал шведское
радио и курил ,молча пуская кольца дыма в такт отчаянному
рок-н-роллу ,который крутили на местной \»рок-волне\».
— Ну вот ,и монтёр вылез. Значит — шторму — конец, — заметил штурман.
-Слышь ,монтёр, — обратился ко мне механик, — расскажи чё — нить интересного : про дзен –буддизм ,или — компьютеры?
— А чё про них рассказывать, — пожал я плечами, — дзен — он и есть — дзен.
— Ну ,про медитации расскажи : астрал ,ментал… — не унимался механик, — ему было скучно.
— Ну ,состояние такое,.. психическое… типа озарения, -пояснил я, — как вот у художников или поэтов.
— А-а… — обрадовался механик, — так это ты значит — тоже на картину смотрел ,да?
— Ну ,смотрел — не понял я , — а чё в ней такого?
— Да ты что! Это ж — целая история! — механик поднял вверх указательный палец :
— Монтёра ,которого ты сменил ,капитан списал за пьянку : тот обычно три дня – пил ,а неделю — лежал на спине без движения —
отходняк такой тяжелый у него был.

Ну ,капитан и велел : больше никому монтёру денег не давать —
а то работать надо ,а — некому.
А — Лёха — монтёр прежний ,случилось такое ,перед рейсом
Надрался ,а опохмелиться — нечем. И так — три дня ,в лёжку,
Он ,бедный ,аж в лице осунулся. Сам не свой.
Мысля у него заработала тут же : во время обеда он и пристал
к капитану : \»Петрович ,слышь ,я – человек ,или — нет?\»
— Лёша — конечно — человек, — стал его успокаивать капитан, -А что случилось-то?
— Как \» что?- продолжал Лёха, — у людей там – картины ,эстампы , макрамэ разные в каютах ,а у меня — голяк : вообще ничего. Человек я ,или — нет?
— Так тебе — эстамп надо ?,-не понял капитан.
— Откуда мне знать — чё мне надо? Схожу в город ,посмотрю там, что купить — картину или эстамп.
— Ну ладно ,купи… -согласился опрометчиво капитан, -денег-то — сколько надо?
— Картины нынче дорогие. Если – эксклюзив ,то — рублей двадцать
пять ,не менее, — уверенно заявил Лёха.
Делать нечего — дал капитан электрику денег. По тем временам —
бутылка — пять рублёв стоила. Лёха как раз и купил — пять бутылок,
И загудел — аж на две недели. После энтого запоя он наконец-то
выполз на люди — то есть отобедать в столовую.
Капитан ,конечно ,обрадовался — как-никак электрик — трезвый.
— Лёша,- спрашивает \»кэп\» монтёра, — ну ,как дела ,как здоровье?
— Хорошо, — недоверчиво отвечает Лёха ,не чуя никакого подвоха.
\» Чем занимаешься? — деликатно интересуется капитан»
-… э-э… рулёвкой…- брякнул первое ,что пришло на ум ,Лёха,
— Как спишь? Как в каюте? — снова беспокоится Петрович.
— Хорошо… — насторожился Лёха, — прибрался.
— Как — картина? Хорошая? — мило улыбается снова кэп.
— Ка… кая к-картина? — не понял Лёха.
— Ну ,деньги на которую давеча давал…
— А-а… так — хорошая картина ,красивая — радостно залепетал Лёха ,лихорадочно соображая — как ему выкрутиться — деньги он пропил давно и окончательно.
— Ну ,после ужина — и покажешь – заключил капитан, — как с вахты сменюсь.
— Добро ,понял — кивнул Лёха.
Не доев второго ,запивая суп компотом ,он бросился на поиски
картины или эстампа : потому что потерять доверие капитана — было
смерти подобно.
Но ни у кого — на такую большую сумму : 25 ряпчиков! — не было
подходящих произведений искусства. Пока механик не вспомнил,
что в форпике — валяется чья-то огромадная картина ,написанная
местным художником.
— А художник-то откуда на корабле взялся? — удивился я.
— Да ты – чё ,и этова — не знаешь? — не поверил механик.
Мы же — передовики. А раз — ударники производства — то решило
начальство нас премировать ,да не просто так — деньгами,
а — увековечить экипаж в портретах живописью. И для этого —
пригласили интеллегента из областной организации художников —
«Мол — мы вам заплатим .К тому же – питание ,свежий воздух,
романтика.»
Тот — и согласился.
Капитан выстроил экипаж и ,показав каждому волосатый свой
Кулачище ,сказал ; \»Чтоб – ни матюга ,ни окурка ,ни одежды грязной.
Носовые платки — отутюжены. Ногти — подстрижены. Пьянки —
отменяются, А не то — спишу подчистую на берег. Поняли?!\»
— Поняли ,чего там, Петрович, — загалдели все.
…Наступили унылые времена : художник в берете с мольбертом —
малюет на корме свои картины ,а мы – ходим ,как неприкаянные .
А тут ещё у Васи ,моториста нашего, День рождения случился,
20 лет ,круглая дата. Ну ,Вася ,не будь дурак — накупил \»красноты\»,
по числу прожитых лет — 20 бутылок \»Портвейна\».
И уединился с избранными членами экипажа — отмечать этот
радостный праздник.
После десятой бутылки все разговорились. После пятнадцатой —
вспомнили былое : стали горячо обсуждать поведение друг друга и прошлые грехи. Тут же вспомнили именинника добрым словом :
кому-то он долг не отдал — 5 рублей. А это — целая бутылка. Вася обиделся –« я что, зажилил эти пять рублей? Я не жулик, я — честный.» И — полез драться.
Собеседник его ,видя такой поворот дела – чтобы не набили ему морду зазря — схватился за нож ,которым хлеб резали на закусь.
Вася — ломанулся на камбуз,и — тоже нож схватил — разделочный,
с саблю размером.Противник его — ударился в бегство короткой
дорогой : через двери. А двери — выходили как раз на корму.
А там — рисовал свои картины художник.
И вот перед его взором такое событие :с вытаращенными глазами
выскакивает один служивый с перочинным ножиком ,и — к нему.
За ним — выскакивает с \»саблей\» – второй ,и — тоже к художнику.
Первый ,бегая вокруг портретиста и роняя кисти ,краски ,холсты —
верещит : \»Помогите — убивают\». Второй ,догоняя его : \»С-сука,
зарежу! Ты мне за всё ответишь!» И оба — скрываются опять в
дверях. Опешивший художник — как стоял ,так — и остался ,не понимая,
бежать к капитану — сообщать об убийстве ,или — самому защитить
слабого?
Решил — надо самому идти.
Заходит в каюту. А там — только что враги — мирно допивают
очередную бутылку.
— Ребята… Вы — чего? У Вас тут — что? — не понял художник.
— Да ладно… Так ,повздорили… поругались. Бывает, — успокоили его ребята, — Ты ,это, пить — будешь?
— Конечно! — обрадовался художник, — раньше-то чё молчали?
— Дак — ты-ж — иителлегент! — засомневались ребята.
— Да какой на хрен интеллегент – отмахнулся тот, — Вон ,подшабашить попросили ,я и — согласился… А я-то думал — примерный экипаж, не пьёте Вы…
— Ну ты это — тово… загнул, — обиделись ребята ,и налили
ему полный ,до краёв ,стакан \»портвешка.\»
С этого дня — художник запил окончательно и бесповоротно.
В редкие минуты просветления ,когда нечем было опохмелиться ,он выходил на корму и угрюмо смотрел на пенный след от винтов ,тающий в бескрайных просторах свинцовых вод.
В один из таких дней — он и написал картину в тёмных,
похмельных тонах ,назвав её — \»Запойная\».
Время ,оговорённое контрактом ,вышло. Корабль пришел в порт
и художник собрался на берег.
Прощались долго : обнимались ,жали друг другу руки ,били
по плечам — как никак — сдружились. Да и выпито было — не мало.
Те портреты экипажа ,что он успел написать — до пьянок -капитан вывесил в кают-компании. А \»Запойную\» — убрал подальше — в форпик ,что в носу корабля.
Вот эту картину — Лёха и достал из форпика ,и повесил
к себе любовно в каюту.
После ужина зашел к нему капитан : \»Ну ,Лёша ,где — картина?\»
— А вот,- гордо кивнул Лёха на \»Запойную\» — Эксклюзив…
Поглядел капитан на опухшее с двунедельной пьянки Лёхино
лицо с тёмными мешками под глазами ,на такого-же фиолетового
цвета — картину. Покачал головой ,вздохнул и пошел ,обронив
только : \»Эх,Лёша-Лёша… А я то — тебе — верил…\»
После этого случая и очередной пьянки — капитан и списал
Лёху — на берег.
Так ты и попал на наш пароход ,монтёр….

Петр Концов (petr_koncov@list.ru)