Мы силились небо обнять-обойти,
Теряли кусочки души, жили сном,
Нам Бога, увы, не понять, не пройти…
Не жена и не друг, и не наш это дом.
Неплохо и так, только сердце стучит,
То шумно, как ночь, то безмолвно, как день,
Я умер вчера, но никто не спешит,
Оживить меня светом, поднять мою тень.
Я был с сотней других, но был верен тебе,
Потому что не знал, как любить не тебя,
Не умел открывать свое сердце судьбе,
А другим и подавно, — может это не я?
Тот, кто пишет ночами, а днем строит плот,
Играет в любовь, но не знает, где грань,
Упивается горем и шепчет: «Вперед»!
Убегает и снова… влюбляется в дрянь.