Любовь и Эрос

ЛЮБОВЬ И ЭРОС

Она вошла в город ранним воскресным утром. Было тихо и безлюдно. В рассветных сумерках редкие машины развозили по домам завсегдатаев ночных клубов. Постовой выглянул из своей будки, лениво заметив: «Рановато для бомжей». Ее передернуло от этих слов.
— А ты, ведь, и есть бомж. Без определенного места жительства, – зло рассмеялся Эрос, круживший над ней, оставаясь незаметным для посторонних.
— Да, — печально согласилась она – в людских сердцах не осталось для меня места.
— И я о том же. Тебе на покой пора, а ты все ходишь, бродишь, ищешь чего-то. Чего ты ищешь?
— Ищу человека, которому смогу принести счастье.
— Счастье? Ты? – его смех был непереносим. Она гордо расправила плечи.
— Да счастье. Когда-то люди считали величайшим счастьем мои посещения.
— Опомнись! Люди мечтали о счастье и думали, что оно в тебе. А ты обманывала их. Осчастливив единицы, остальных заставляла страдать.
— Страдания возвышают душу.
— А счастье унижает?
Она задумалась.
— Счастье тоже возвышает, но не все достойны счастья.
— Кто дал тебе право решать, кто чего достоин? Жизнь у каждого человека только одна, и каждый хочет быть счастливым.
— Ты прав, отчасти. И все же люди все разные. И страдания, и счастье они переносят по-разному. Одних счастье развращает, делает равнодушным, другие, испытав счастье сами, хотят осчастливить весь мир. Страдания одних ломают, у других вызывают желание творить и превращаются в великие стихи и картины, прекрасную музыку.
— Ну и что. Кому нужны порождения чужих страданий?
— Людям.
Эрос снова весело рассмеялся.
— Людям? Ты безнадежно устарела. Люди поумнели. Они не хотят страдать. Они хотят получать удовольствие. В том числе и от произведений искусства. И современных художников вдохновляешь уже не ты, а твоя сестра – Любовь к деньгам.
— Алчность. Не всех.
— Да, есть еще чудаки. Только их остается все меньше и меньше. Пойми же, твое время кончилось. Наступила другая жизнь, и у нее другие правила.
— Сейчас твое время? Ты правишь балом? Тогда зачем ты летаешь за мной? Иди, наслаждайся победой!
Какое-то время они двигались молча. Каждый думал о своем. Улицы потихоньку наполнялись людьми. День выдался теплым, солнечным. Они зашли передохнуть в парк, нашли в нем большую детскую площадку. Сюда приходили семьями. Любовь радовалась, видя счастливые лица родителей, следивших за своими детьми.
— Вот видишь, они еще любят друг друга, верят в будущее, жизнь продолжается…
Эрос тихо улыбался, ему не хотелось спорить, ему тоже хотелось верить.
На скамейке под липами сидели юноша и девушка, современные Ромео и Джульетта.
— Ты любишь меня?- спросил юноша.
— Да – тихо ответила девушка. Любовь встрепенулась, победно поглядывая на Эроса.
— Тогда докажи. Пойдем…
И он повел ее к заброшенной беседке. Любовь болезненно поморщилась.
— В былые времена любовь подвигами…
Эрос не смог сдержать смеха.
— Теперь тоже, только подвиги стали другими.
— Это пошло…
— Это естественно. А как говорили древние: что естественно, то непостыдно.
Они еще долго бродили по улицам и переулкам, по бульварам и паркам, прислушиваясь к разговорам, вслушиваясь в тексты песен… Каждый раз, когда Любовь слышала свое имя, она вздрагивала словно от удара, одежда на ней превращалась в грязные лохмотья. Эросу стало жаль ее.
— Улица есть улица. Давай зайдем к кому-нибудь в дом, послушаем, что говорят там.
Любовь только грустно покачала головой:
— Зачем? В домах живут те же люди, что и гуляют на улице. Почему их разговоры должны становиться другими? Да и дело, ведь, не в словах… Слова это так, обертка… не так важно, какая… важней, что внутри.
Она снова погрузилась в свои невеселые раздумья.
— Наверное, ты прав. Людям больше не нужны чувства, им достаточно эмоций и ощущений. Так проще.
Эрос поймал себя на том, что ему очень хочется возразить ей, доказать, что именно чувства помогают людям оставаться людьми, а он только наполняет эти чувства радостью и яркими красками, что счастье приходят к людям только тогда, когда он, Эрос, и Любовь достигают гармонии. Пораженный этим открытием, впал в задумчивость.
Мальчишки, улюлюкая, стали кидать в нее камешки. Девчонки одобрительно повизгивали. Он решил по-своему наказать их.
— Не надо, оставь…- предугадала его намерения Любовь, — они уже наказаны. Они не способны Чувствовать.
Она брела, не разбирая дороги, поникшая, оборванная, заляпанная грязью… Эрос спустился на землю, подставил ей свое плечо, стараясь хоть как-то облегчить страдания подруги. Прохожие брезгливо сторонились этой странной пары.
Любовь покидала город.
И только старый нищий, сидевший на обочине дороги, провожал ее печальным взглядом.