Возлюби ближнего своего
Библия
— А-а, это снова вы, — Лесли открутила крышку фляжки и отпила несколько глотков. – Вы меня преследуете?
— Нет, что вы, я просто иду в ту же сторону, что и вы.
— Вы думаете, я поверю? Я сменила уже много дорог, но вы снова меня догоняете.
— Я могу идти медленнее, если вам неприятно меня видеть.
— Слушайте, кто вы такой? – Лесли поднялась, закинула сумку на плечо.
— Попутчик.
— Это что, профессия? – хмыкнула Лесли и, не дожидаясь ответа, пошла дальше по дороге.
В придорожной забегаловке она увидела знакомое отражение.
— Снова вы? Вам не надоело?
— Нет.
Тоже верно, — Лесли налила себе вина. – Какой вопрос – такой ответ. Хотите вина?
— Спасибо, я не пью.
— Как хотите, — Лесли пожала плечами. – А я вот пью. В последнее время – очень много.
— Почему?
— Не знаю. Должно быть, меня все достало.
— Всё?
— Всё. Эти пьяные рожи в придорожных кафе, немытые бокалы и мухи в супе, заплеванные столы и рваные газеты. Эти пыльные дороги, пыльные ботинки, пыльное солнце – вся эта пыль! Весь мир в пыли! Как он мне опостылел… — Лесли вздохнула.
— Почему бы не остановиться?
— Сесть в этой пыли, наплодить детей и свиней и погрязть в обыденщине? Никогда! – Лесли допила бокал и налила еще. – Вся эта грязь не по мне.
— Грязь создают люди.
— К черту людей!…
У дерева на распутье, когда заходило солнце, история повторилась – как и следовало ожидать. Лесли вытряхнула пыль из плаща, бросила на траву и растянулась на нем.
— Ну, чего опять пришел?
— Я не пришел, я иду.
— Ну так иди себе дальше, — Лесли не хотелось ругаться и препиралась она по инерции, по привычке.
— Я иду.
— Не вижу.
— Это нельзя увидеть. Дорога идет через нас – и это незримо, но вечно.
— Бред.
На постоялом дворе было шумно, людно и грязно.
— Опять ты здесь? – Лесли устало отпила из кружки. – Ну чего тебе надо.
— Я твой попутчик.
— Да сдался ты мне! Катись, куда знаешь!…
Ответа не последовало.
— Слушай, — Лесли посмотрела на него поверх кружки: — Меня все достало. Всё. Люди, пыль, солнце, дороги. И ты – ты меня тоже достал. Ты у меня уже в печенках сидишь!
Ответа не было.
— Молчишь? То-то! Нечего и сказать в свое оправдание?! – Желчность выдохлась и Лесли откинулась на спинку стула: — Катился бы ты подальше, а?…
Лесли заночевала в роще у дороги. Всю ночь ей снилась какая-то кровавая битва, а проснувшись, она обнаружила вокруг следы борьбы и кровь. Вещи и она сама были целы. Капли крови уходили куда-то вдаль по дороге, прямо в восходящее солнце.
Лесли добрела до ближайшего кафе и заказала вермут – его принесли в давно немытом стакане со следами губной помады по краям. В комнате беседовали: говорили, что ночью кто-то вырезал разбойничью банду, грабившую и убивавшую путников. Некто выживший утверждал, что собирались грабить женщину и за нее вступился попутчик. Вот только, похоже, и сам он «того»…
Лесли вздрогнула и огляделась: нет, ничего знакомого. Она настолько привыкла его не замечать, что уже не помнила ни внешности, ни глаз, манеры, одежду и голос. Настолько привыкла, что не заметила сразу, что его рядом больше нет.
Лесли шла дальше, но все уже было другим: небо серее, пыль яростнее, солнце безжалостней, привалы скучны и пусты. Она пила вино и молчала, старалась даже не думать.
Но вот в один не самый приятный день, когда дул ветер и гнал пыль и песок в лицо, собирал серые тучи, она пряталась под рассохшимся деревом у дороги, когда услышала рядом привычные – хоть и не совсем знакомые – шаги.
— Вы кто? – удивилась она.
— Попутчик.
— У меня уже был один…
— Значит, вам повезло, — я ваш новый попутчик. Так мало кому везет.
— Слушай, а почему это именно мне?
— Что?
— Ну, с другими нельзя идти, что ли?
Ответа не было.
— Слушай, иди своей дорогой, а то будет, как с тем…
— Я иду.
— Не вижу.
— Это нельзя увидеть. Дорога идет через нас, и это незримо, но вечно.
— Бред! – улыбнулась Лесли…