Чашечка с лекарством

— Уважаемый Дмитрий Иннокентьевич, подайте, пожалуйста, вон ту чашечку!
— Что там, почтенный Глеб Егорович?
— Да так, лекарство…
— Лекарство? Разве вы больны, глубокоуважаемый Глеб Егорович?!
— Увы, да. А вам-то что, дорогой Дмитрий Иннокентьевич?!
— Ничего особенного, просто любопытно. Так, что насчет принятия меня, великодушный Глеб Егорович?
— Нет уж, вы уважаемый Дмитрий Иннокентьевич от ответа-то погодите отступать!
— А вы, дорогой Глеб Егорович, тоже не молчите, а отвечайте!
— Ну, уж нет, многоуважаемый Дмитрий Иннокентьевич, я попрошу вас отвечать первому!
— Нет, это вы, глубокоуважаемый Глеб Егорович, первым ответите!
— Нет!!! Вы!!! Многоуважаемый, дорогой и милый!!!
— Глубокоуважаемый, великолепный, гениальный!!! Отвечайте!!!
— Остроумный, честный, великий!!! Вы первый!!!
— Почтенный… Вы!!!
— Сейчас я вас, уважаемый Дмитрий Иннокентьевич дубиночкой по голове-то огрею!
— А я в вас, почтенный Глеб Егорович, стулом-то запущу!
— Уходите, дорогой Дмитрий Иннокентьевич, а не то собак выпущу! У меня два бешеных пуделя!
— Ничего, ничего, уважаемый Глеб Егорович, у меня ножичек в кармане которым я вчера кусок хлеба всего за два часа распилил!
И началась битва жесточайшая, и убили друг друга они, и долго праздновали над их трупами два взбесившихся пуделя, пока не напоролись на ножик и не подохли, и рухнул шаткий столик от ужаса, и разлилось содержимое чашечки, и никто не узнает больше что там было…